Общие боевые потери российской армии с 24.02.22 по 12.03.26 ориентировочно составили около 1 276 760 человек.
На видео — кадры, как украинские дроны становятся «проводниками» для тех оккупантов, которые вовремя решили поднять руки и сохранить себе жизнь.
Германия передала ракеты для Patriot; Нафтогаз назвал новую цель России на юге Украины. Корреспондент.net выделяет главные события вчерашнего дня.
Артиллерия, танки и РСЗО остаются критически важными для ведения боевых действий, уничтожения укреплений и поддержки пехоты.В моменты неопределенности комедия и сатира помогают сообществам справляться со страхом, бросать вызов власти и находить взаимопонимание. Юмор обладает глубокой силой – он даёт людям ощущение контроля, когда события кажутся вне их власти, и создаёт связи между сообществами. Он дает возможность действовать перед лицом тревоги и позволяет нам противостоять нашим самым страшным страхам и даже смеяться над ними. Именно эта сила объясняет, почему комики так часто становятся мишенью политической критики, и почему ограничения на сатиру распространены в авторитарных обществах.
Но как и почему юмор формирует наше понимание политики, культуры и самих себя, когда новости кажутся подавляющими? 6 марта American Community Media провела беседу с комиками, актерами и деятелями культуры, которые используют юмор для интерпретации и реагирования на неспокойные времена.
Юмор – часть культуры и он субъективен
“Юмор всегда был частью нашей культуры. Например, я сейчас собираюсь на похороны. И там всегда будет кто-то, кто подойдёт к кафедре и скажет что-нибудь смешное. Почти всегда. Люди выступают либо очень грустно, либо с шуткой, чтобы разрядить атмосферу,” — сказал Герберт Сигенса, резидент-художник SDSU ArtsAlive и член-основатель Culture Clash.
“Есть два типа людей: те, кто говорит со слезами, и те, кто рассказывает шутку, чтобы растопить лёд. И всем это нужно как своего рода освобождение. Ты грустишь, но тебе нужно смеяться. Нужно смеяться и одновременно праздновать жизнь этого человека. Поэтому, мне кажется, юмор просто часть нашей культуры. Он действительно наш спаситель во всём, что происходит в мире — даже когда речь идёт о самой смерти.”
“Юмор рождается из боли. Юмор рождается из напряжения. И когда напряжение настолько велико, а боль настолько реальна и сильна, что её становится слишком много — именно тогда появляется идеальный момент для юмора. Поэтому, когда напряжение нарастает, кто-то произносит шутку — и возникает самый громкий смех. Это противоядие,” — отметил Эмиль Амок Гильермо, журналист с 50-летним стажем, юморист и поэт-лауреат. “Юмор всегда был частью инструментария. Но я никогда не был профессиональным шутником или комиком. Я был журналистом, который пытался добраться до правды. Я всегда использовал идею, которую называю «теорией Мэри Поппинс»: ложка сахара помогает проглотить лекарство. Я всегда старался использовать немного юмора в своих колонках — не слишком много, потому что всё-таки я говорю серьёзную правду. Но в наши дни я всё чаще обращаюсь к юмору как комик и как человек, делающий комедийные выступления и сольные шоу.”
“Как журналист я больше не могу быть полностью объективным, как будто я надел защитный костюм и смотрю на всё со стороны, не подвергаясь влиянию происходящего. Я не могу быть просто профессиональным наблюдателем. Мне нужно входить в происходящее и комментировать. Это не значит, что я перехожу границу, но это означает, что я нахожусь на стороне мнений в журналистике. И сейчас именно там мы и находимся. Нам сейчас больше, чем когда-либо, нужен смех. Но есть проблема: юмор субъективен,” — пояснил Гильермо. “Недавно я делал стендап и изображал Трампа — довольно плохую пародию. И я сказал, что никогда не чувствовал синдром самозванца так сильно, как когда делал эту плохую пародию на Трампа. Я произнес такую шутку: «Как комик я могу провалиться, но я не могу провалиться так сильно, как этот парень».”
“И вот вопрос: вам смешно? плачете? не знаете, как реагировать? Это было через четыре дня после начала бомбардировок. И мне кажется, люди ещё не осознали происходящее. Они ещё пытаются понять, что мы оказались в очень серьёзной ситуации. Они начнут понимать это, когда вырастут цены на бензин, когда это начнёт напрямую влиять на их жизнь. Тогда они скажут: «Да, нам нужно…» Но задача комика-сатирика — проколоть пузырь, в котором мы живём, и попытаться добраться до правды, до реальности. В этом ценность юмора сегодня,” — поделился Гильермо.
“Все говорят о шутках, юморе и комиках. Но я начну с новостей. Одна из моих любимых цитат: если вы не следите за новостями — вы не информированы. Если следите — вы дезинформированы. Мне кажется, это очень честное наблюдение. И я понимаю, что говорю это перед журналистами,” — заявил Самсон Колеткар, соучредитель Desi Comedy Fest и Comedy Oakland. “Комики видят вещи и говорят их вслух. У нас как будто отсутствует фильтр. Юмор — это согласие. Если я рассказываю шутку и вы смеётесь, значит вы со мной согласны. Если не согласны — вы не смеётесь. И это согласие возникает мгновенно. Его нельзя спланировать. Многие люди думают те же вещи, которые мы говорим со сцены. Но шок и юмор возникают потому, что кто-то действительно сказал это вслух. Мы не думаем иначе, чем все остальные. Мы просто умеем оформить мысль в слова и подать её. “
“Я также по-другому смотрю на роль комиков. Иногда они слишком превозносят себя, будто именно они — главные носители правды. Но это верно лишь до тех пор, пока люди смеются. Если аудитория перестаёт смеяться, комик тоже начинает немного корректировать свою «правду». Поэтому не стоит слишком высоко задирать нос. Мы все находимся на одном поле,” — отметил Колеткар.
Самоцензура и давление
Приглашенные спикеры также обсудили тему самоцензуры. По словам Гильермо, комики иногда корректируют шутки в зависимости от аудитории.
“Иногда чувствуешь реакцию зала и понимаешь, что сейчас эта тема может быть слишком чувствительной,” — отметил он. “Например, я думал пошутить на тему педофилии — из-за истории с Эпштейном. Это вроде бы актуально. Но иногда чувствуешь реакцию зала и понимаешь: лучше не надо. Но когда речь о Трампе — я не самоцензурируюсь. Самоцензура существует, но настоящая свобода — когда ты чувствуешь, что аудитория готова смеяться вместе с тобой.”
“Если говорить о публичных выступлениях — лично я не самоцензурируюсь. Во многом потому, что я не настолько знаменит, чтобы переживать о последствиях. Если бы я был достаточно известен и каждая шутка могла вызвать политическую бурю — тогда вопрос самоцензуры стал бы реальным,” — сказал Колеткар добавив, что для многих комиков главная проверка — реакция публики. Если шутка не работает, её просто убирают из программы. Однако он подчеркнул, что комики по своей природе склонны нарушать границы.
“Если сказать комику: “Об этом шутить нельзя”, именно об этом он и будет шутить,” — подчеркнул он.
“Иногда шутка работает как своего рода «перенастройка». Новости дают нам завязку — сетап. А шутка становится панчлайном, который помогает взглянуть на ситуацию иначе. Самый простой юмор — это, конечно, падение, нелепая ситуация, грубоватая шутка. Но спектр юмора огромен. Хороший комик умеет использовать всё: и простые приёмы, и более сложные. Например, вчера уволили Кристи Ноэм. И сразу появились шутки: «Теперь собаки празднуют». Это такая поверхностная шутка, на уровне мемов. Но можно пойти дальше и добавить: «И козы тоже празднуют». Или представить, что Дональд Трамп предложил ей выбор: «Можешь депортировать себя сама или отправиться в карьер и самостоятельно себя казнить». Мне кажется, роль комиков в том, что мы — своего рода аутсайдеры, как и журналисты. Мы можем шутить и над правыми, и над левыми. Мы комментируем абсурдность происходящего вокруг,” — добавил Гильермо.
Спикеры согласились с тем, что давление на комиков усиливается, приведя в пример Стивена Колберта и Джимми Киммела, назвав это “классикой авторитаризма”.
“Сначала закрывают комиков. В средневековье первым казнили придворного шута — потому что он мог говорить королю правду,” — отметил Сигенса.
“Интересная ирония в истории со Стивеном Колбертом. Его шоу закрыли. А вот South Park на той же платформе может позволить себе абсолютно безумные и жёсткие шутки — и им это сходит с рук. Там могут высмеивать Трампа в самых абсурдных и грубых формах — и это проходит. Но в любом случае авторитарные лидеры больше всего ненавидят насмешку. Не критику — а именно насмешку. Поэтому главный урок — смотрите больше South Park,” — пошутил Гильермо.
“Я считаю, что комик должен быть абсолютным сторонником Первой поправки: люди имеют право говорить то, что хотят. И другие имеют право не слушать — уйти или не соглашаться. Это справедливо,” — подчеркнул он.
Юмор в этнических сообществах
“Когда я создавал South Asian Comedy Festival, я часто слышал, как американские комики шутят об индийской культуре. Но для меня это звучало как карикатура. Как будто профессор маркетинга пытается преподавать историю. Но за годы работы я заметил ещё одну вещь: чем больше разных комиков выступают на сцене, тем сильнее понимаешь — все мы одинаковые. У всех проблемы с семьёй. С работой. С городом. С жизнью. Разница лишь в том, какой «вкус» мы добавляем к шуткам — через свою культуру,” — поделился своими наблюдениями Колеткар. “Есть шутки, которые идеально работают только внутри своей культуры. Но 99% юмора понятны всем.”
“И ещё одно наблюдение: люди часто ненавидят тех, кого не знают. Но когда узнают их ближе — начинают любить. А если узнают слишком хорошо — находят ещё больше причин их ненавидеть.”
Сигуэнса отметил, что во многих культурах юмор помогает справляться с трудностями. Он привёл пример мексиканской культуры, где люди шутят обо всем, даже о самых тяжёлых вещах.
“Это способ справляться с бедностью, трудностями и даже со смертью,” — сказал он. “Каждая культура умеет смеяться над собой. Иранские комики смешные. Индийские комики смешные. Филиппинские комики смешные. Америка — это своего рода мекка стендапа. Здесь можно шутить почти обо всём. В некоторых странах это невозможно.”
В конце участники дискуссии отметили: комедия даёт голос тем, кого часто не слышат. Когда люди слышат со сцены то, что сами думают, но не могут сказать вслух — возникает сильный отклик. И это, пожалуй, “главная сила юмора”.
Елена Кузнецова, Slavic Sacramento | American Community Media Services
The post Как юмор помогает осмыслить происходящее вокруг? appeared first on Slavic Sacramento | Russian News in California.
Было спасено 38 членов экипажа двух иностранных нефтяных судов, однако один человек погиб.
ЦАХАЛ заявил об уничтожении штаба разведки, штаба подразделения Radwan и дополнительных командных центров.
После встречи Кирилл Дмитриев поблагодарил американскую сторону за «продуктивные» переговоры во Флориде.
Самый крупный город Объединенных Арабских Эмиратов атакуют иранско-российские беспилотники. Уже известно о двух попаданиях и пожаре.
Окружной суд США по округу Юта приговорил Константина Михайловича Томилина к трём годам надзора после освобождения. Суд также обязал его выплатить $650 000 в качестве возмещения ущерба и конфисковать наличные средства и активы на сумму $3 891 650.
2 февраля 2024 года присяжные признали Томилина и другого обвиняемого — Евгения Феликса Тучинского — виновными в мошенничестве с использованием электронных средств связи и мошенничестве при предоставлении транспортных услуг. Как удалось узнать «Славянскому Сакраменто», Томилин является гражданином США и России. По информации суда Томилин ранее проживал в Москве, Россия.
В 2012 году Константин Томилин инвестировал вместе с Евгением Тучинским и Александром Барсуковым в Salt Lake Trucking Group (SLTG), одновременно ведя бизнес в России. Томилин вложил средства в различные транспортные компании в Юте в обмен на долю собственности в этих компаниях и право получать часть будущей прибыли от их деятельности.
Примерно в 2012 году Томилин инвестировал не менее $800 000 вместе с Тучинским и Барсуковым, чтобы стать владельцем одной трети нескольких транспортных компаний, которыми Тучинский и Барсуков управляли в Юте.
Около 2014 года Леонид Тейф также инвестировал в SLTG, одновременно занимаясь бизнесом как в России, так и в США. Тейф вложил в SLTG около $2 400 000. Эта сумма была поровну разделена между тогдашними владельцами SLTG — Тучинским, Барсуковым и Томилиным. Каждый из них получил по $800 000 из первоначального инвестиционного платежа Тейфа.
В обмен на это Тейф получил 25-процентную долю в различных транспортных компаниях, сотрудничавших с FedEx Ground и принадлежавших Тучинскому, Барсукову и Томилину, которые также управляли ими.
«Тучинский выглядел успешным бизнесменом, настоящим предпринимателем — классическая история “из грязи в князи”. Он приехал в эту страну практически без средств и, казалось, достиг американской мечты благодаря честному и упорному труду. Salt Lake Trucking Group (SLTG), объединявшая восемь транспортных компаний, была процветающим бизнесом Тучинского и имела выгодные контракты поставщика услуг с FedEx — одной из самых уважаемых компаний в мире. Он имел привилегию водить свои грузовики по автомагистралям, буксируя прицепы с логотипом FedEx», — сказала федеральный прокурор Мелисса Холиоак.
«Вместе со своими партнёрами по преступной схеме — Алексом Барсуковым, Константином Томилиным и Леонидом Тейфом — он построил “мега-компанию” с более чем 113 грузовиками и примерно 50% всех рейсов, распределяемых из хаба FedEx в Норт-Солт-Лейке. Их бизнес-модель успеха состояла из четырёх простых целей: больше грузовиков, больше водителей, больше миль, больше денег».
Расследование показало, что Томилин и Тучинский вместе с другими лицами в течение примерно десяти лет выплатили около $300 000 взяток менеджеру FedEx Райану Моуеру, который использовал своё положение для манипулирования процессом распределения новых маршрутов и помогал компаниям получать контракты, превышающие допустимые лимиты, предоставляя ложную информацию. В течение этого периода SLTG получила от FedEx около $150 миллионов дохода.
Как свидетельствует прокуратура, «стремительный рост бизнеса потребовал более крупной инфраструктуры». Для этого была создана компания Salt Lake Commercial Properties (SLCP), чтобы приобрести и построить логистический комплекс стоимостью $2,5 млн. Тучинский, Барсуков, Томилин и Тейф владели по 25% этой компании.
Финансовый успех Тучинского проявлялся и в его образе жизни: он приобрёл элитный кондоминиум в высотном доме в центре Солт-Лейк-Сити за $393 500, роскошный дом в испанском стиле в Сан-Диего стоимостью $1,6 млн, 25-процентную долю в логистическом комплексе стоимостью $2,5 млн, ювелирные изделия на сумму более $300 000, кабриолет Bentley стоимостью $221 500 и Jeep Cherokee за $25 000.
Однако, как установило следствие, внешняя картина «американской мечты» была иллюзией. Если копнуть немного глубже, открывалась неприятная правда: Тучинский и его сообщники лгали, обманывали и давали взятки, чтобы добиться успеха в бизнесе. По словам прокурора, без мошенничества SLTG просто не существовала бы. Компания никогда не получила бы $108 млн от FedEx за доставку посылок, а сам Тучинский не заработал бы около $7 млн преступной прибыли. В течение десяти лет преступная схема приносила ему доход.
«Тучинский и его сообщники подкупали сотрудников FedEx, чтобы получать контракты, которые они не заслужили. Они скрывали реальные размеры бизнеса, фальсифицировали данные о безопасности и скрывали свою преступную деятельность… Как и многие “беловоротничковые” преступники, Тучинский действовал из жадности. Он знал, что больше грузовиков означает больше миль и больше денег — даже если для этого нужно лгать, мошенничать и воровать у FedEx», — продолжила прокурор.
«Он хотел, чтобы его бизнес быстро вырос и стал “мега-компанией” любой ценой. Его не беспокоили репутационный ущерб для FedEx или экономический вред для конкурирующих транспортных компаний. По версии следствия, он даже был готов угрожать жизни диспетчера, который хотел выйти из схемы взяточничества. Для него правила не существовали. Он хотел богатства, восхищения и уважения, которое приносит деловой успех, независимо от того, каким путём он достигнут. Он хотел роскошную жизнь: красивый дом в Сан-Диего, поездки на кабриолете Bentley вдоль побережья Тихого океана и возможность покупать бриллианты для своей жены».
Тучинский целенаправленно выбирал сотрудников FedEx, которые контролировали распределение рейсов, особенно когда те находились в уязвимом финансовом положении. Сначала он представлял выплаты как дружескую помощь, но после первых взяток сотрудники оказывались «на крючке». Они боялись разоблачения и шантажа, и Тучинскому больше не нужно было конкурировать с другими компаниями — его успех обеспечивался незаконными договорённостями. Любые взятки, которые он платил сотрудникам FedEx, многократно окупались миллионами долларов преступной прибыли.
Следствие установило, что Тучинский и Барсуков начали коррупционную схему, которая со временем вовлекла многих людей. Их действия затронули сотрудников компании SLTG, диспетчеров и менеджеров FedEx, а также других участников схемы. В результате были подделаны многочисленные документы: заявления водителей, отчёты о ДТП, корпоративные документы и отчёты для FedEx. Некоторые водители были приняты на работу без надлежащей квалификации, что ставило под угрозу безопасность на дорогах. Также скрывались десятки аварий, чтобы получать бонусы за безопасность.
Свидетель Феликс Ципельзон, бывший менеджер SLTG, заявил в суде, что Тучинский и Барсуков платили взятки менеджеру FedEx Райану Моуеру и диспетчерам Джейми Ларсену и Джеффу Хорроксу за предоставление выгодных маршрутов. По его словам, выплаты составляли около $20 за каждый назначенный рейс. Деньги передавались наличными — в коридорах офиса FedEx или даже в туалете, чтобы скрыть факт передачи.
Диспетчер Джейми Ларсен подтвердил эти показания и заявил, что пытался дважды выйти из схемы. Во время второй попытки, по его словам, Тучинский угрожал ему, проведя пальцем по горлу и заставив повторить фразу: «Ты убьёшь меня, если я заговорю». В итоге Ларсен уволился из FedEx, чтобы избавиться от давления.
Менеджер FedEx Райан Моуер также дал показания, подтвердив, что получал взятки от Барсукова и Тучинского. Сначала выплаты составляли случайные суммы около $1000, а затем стали регулярными — примерно $700 в неделю (или $2800 в месяц) в период с 2011 по начало 2018 года. Общая сумма взяток, по его словам, составила около $300 000. Кроме того, Моуер скрывал или искажал информацию о десятках аварий, произошедших по вине грузовиков SLTG, что позволило компаниям получить около $876 000 бонусов за безопасность.
Показания свидетелей были подтверждены бухгалтерскими таблицами, подготовленными Константином Томилиным, где фиксировались суммы взяток и даже использовались русские прозвища для сотрудников FedEx. Томилин также сообщил следователям, что знал о выплатах взяток ещё до того, как инвестировал в транспортную компанию, и понимал, что благодаря этим платежам компания могла расти быстрее, чем позволяли правила FedEx.
Следствие пришло к выводу, что схема была сложной и тщательно организованной: она включала подкуп сотрудников, фальсификацию документов, подделку отчётов, создание фиктивных компаний и обход внутренних правил FedEx. По данным обвинения, в результате мошенничества SLTG получила около $108 млн выплат от FedEx за десять лет — средства, которые компания не получила бы без коррупционной схемы.
Дело касается также ещё девяти человек, ранее обвинённых в участии в коррупционной схеме, связанной с несколькими транспортными компаниями в Юте. 24 октября 2019 года их обвинили в суде в Солт-Лейк-Сити в выплате более $1 миллиона взяток сотруднику FXG для получения недопустимых маршрутов.
Среди них пятеро участников SLTG — Евгений Феликс Тучинский, Александр Васильевич Барсуков, Константин Михайлович Томилин, Леонид Исаакович Тейф и Феликс Ципельзон — были обвинены в сговоре с целью мошенничества с использованием электронных средств связи и отмывании денег в рамках десятилетнего заговора, начавшегося в 2009 году.
Райан Моуер, менеджер линейных перевозок FedEx Ground и самый высокопоставленный сотрудник компании в Юте с 2008 по 2019 год, был обвинён в четырёх отдельных делах в мошенничестве, отмывании денег и подаче ложных налоговых деклараций. Четверо других владельцев транспортных компаний — Давор Ковачевич, Злате Балуловски, Уильям Мёрдок и Хуберт Иван Угарте — были обвинены вместе с Моуером в аналогичных преступлениях.
Тучинский вырос в благополучной семье, получил экономическое образование в Университете Харькова, служил в советской армии, а после иммиграции в США получил водительскую лицензию и начал бизнес с одного грузовика. Однако, по мнению обвинения, стремление к быстрому росту и прибыли привело его к масштабному мошенничеству. После осуждения он продолжил отрицать свою ответственность и, по мнению обвинения, пытался вводить суд в заблуждение.
По оценке представителя FedEx Ground, общий ущерб компании в результате действий обвиняемых составил $3 920 751,20.
Суд учёл, что Томилин проживает в США с семьёй, не имеет истории психических заболеваний или злоупотребления психоактивными веществами, а также согласился сдать все паспорта, включая паспорта жены и двух детей. В дополнение к домашнему аресту он будет носить GPS-браслет и выполнять все требования надзорного офицера. Суд также установил залог в размере $100 000 для обеспечения явки обвиняемого.
The post Прокуратура раскрыла масштабную аферу владельцев транспортных компаний в Юте appeared first on Slavic Sacramento | Russian News in California.
© OneUkraine.net 2025
