В США рассекретили новые документы по делу об импичменте Дональда Трампа в 2019 году
Национальная разведка США рассекретила материалы, связанные с расследованием вокруг телефонного разговора между Дональдом Трампом и Владимиром Зеленским в 2019 году, который стал одним из ключевых эпизодов, приведших к запуску процедуры импичмента в Конгрессе США.
Документы, обнародованные по инициативе директора национальной разведки Тулси Габбард, содержат выводы надзорных органов разведывательного сообщества США. В них утверждается, что информатор ФБР, подавший первоначальную жалобу, мог быть политически предвзятым, а также не имел прямого доступа к разговору Трампа с Зеленским и опирался на косвенные сведения и слухи, а не на информацию из первых уст.
Согласно опубликованным материалам, в ходе проверки также рассматривались возможные политические симпатии информатора, включая его контакты и позицию по вопросам, связанным с Украиной и администрацией Джо Байдена.
Отмечается, что часть этих сведений не была включена в публичные материалы расследования в 2019 году, когда демократы в Палате представителей инициировали процедуру импичмента. Впоследствии Сенат оправдал Трампа.
При этом разговор Трампа с Зеленским становил предметом широкого политического и медийного конфликта в США и был использован как основание для начала импичмента.
Президент США Дональд Трамп опубликовал и затем удалил изображение, вызвавшее обвинения в богохульстве
Photo: That Liberal Atheist Nurse
Президент США Дональд Трамп опубликовал в соцсетях созданное с помощью искусственного интеллекта изображение, на котором он был представлен в образе, напоминающем Иисуса Христа. Публикация вызвала резкую критику со стороны части политиков, религиозных деятелей и пользователей соцсетей, после чего пост был удалён.
По данным СМИ, критика поступила даже от некоторых сторонников Трампа, включая консервативные и религиозные круги, которые назвали изображение «неуместным» и «богохульным».
На фоне скандала в сети также начали появляться пародии и мемы, в которых Трамп изображается в фантазийных религиозных сюжетах. В частности, распространяются сатирические ролики и изображения, где он представлен как «исцеляющий» Джеффри Эпштейна, что также вызвало активное обсуждение и споры в интернете.
Белый дом и представители президента ситуацию официально не комментировали.
Ранее Трамп обличил Папу римского в чрезмерном либерализме, раскритиковав его в «слабости» по вопросам преступности и внешней политики.
Президент США Дональд Трамп раскритиковал Папу Римского Льва XIV, обвинив его в «слабости» по вопросам преступности и внешней политики
Дональд Трамп в публикации в социальной сети резко высказался в адрес Папы Римского Льва XIV, заявив, что понтифик занимает «слабую позицию» по вопросам преступности, ядерной программы Ирана и международной политики. Трамп также обвинил его в критике действий США и затронул темы пандемии COVID-19, религиозных ограничений и миграции.
Он написал: «Мне не нужен Папа, который считает нормальным, что Иран может получить ядерное оружие», а также обвинил понтифика в недостаточной поддержке политики США и консервативных ценностей.
В ответ Папа Лев XIV, выступая перед журналистами, заявил, что не боится критики со стороны американской администрации и намерен продолжать миссию Церкви, основанную на принципах Евангелия. Он сказал: «Я не боюсь администрации Трампа и продолжу говорить о мире и примирении».
Понтифик добавил: «Мы не политики. Мы смотрим на международные отношения иначе, чем государственные лидеры», подчеркнув, что его задача — призывать к миру и защите человеческой жизни.
Заявления прозвучали на фоне усиления политических споров вокруг роли Ватикана и позиции религиозных лидеров в международных конфликтах.
В Венгрии на парламентских выборах премьер-министр Виктор Орбан признал поражение после 16 лет у власти. Победу одержал оппозиционный политик Петер Мадьяр и его партия «Тиса», получившая большинство голосов.
Орбан на протяжении последних лет считался одним из наиболее близких к Кремлю европейских лидеров и выступал против расширения военной помощи Украине. Его политика вызывала критику со стороны стран Европейского союза и союзников Киева.
Как отмечают наблюдатели, Орбан проиграл выборы, несмотря на политическую поддержку со стороны администрации президента США Дональда Трампа, а также на благожелательное отношение со стороны российских властей.
Ожидается, что смена власти в Венгрии может привести к пересмотру политики страны по отношению к Украине и Европейскому союзу.
В последние месяцы перед выборами в Венгрии в столице Будапеште и ряде других городов проходили массовые демонстрации оппозиции. На улицы выходили десятки тысяч сторонников оппозиционного лидера Петера Мадьяра, требуя смены власти и проведения политических реформ. Участники акций выражали недовольство экономической ситуацией, обвиняли правительство Виктора Орбана в ограничении демократических институтов и выступали за более тесное сотрудничество страны с Европейским союзом, а также за поддержку Украины.
Космический корабль миссии Artemis II успешно вернулся на Землю, завершив исторический полёт вокруг Луны. Капсула с экипажем приводнилась в Тихом океане у побережья Сан-Диего вечером 10 апреля.
Миссия была реализована NASA и длилась около десяти дней. Четыре астронавта совершили облёт Луны и вернулись на Землю, став первыми людьми за более чем 50 лет, которые отправились так далеко от нашей планеты после программы Apollo.
Приводнение произошло примерно в 8:07 вечера по восточному времени США (5:07 вечера по тихоокеанскому времени). После посадки спасательные службы и корабли ВМС США приступили к операции по извлечению капсулы и экипажа из воды. Сообщается, что возвращение прошло в штатном режиме.
Во время входа в атмосферу корабль прошёл через так называемую фазу радиомолчания, когда связь с экипажем временно прерывается из-за высоких температур и образования плазмы вокруг капсулы.
Миссия Artemis II стала важным этапом подготовки к следующим полётам программы Artemis, целью которой является возвращение человека на поверхность Луны и создание условий для будущих миссий на Марс.
Минюст России внес Стэнфордский университет в список «нежелательных организаций»
Министерство юстиции России внес Стэнфордский университет в реестр так называемых «нежелательных организаций» на территории Российской Федерации. Соответствующее решение опубликовано 10 апреля.
Ранее Генеральная прокуратура Российской Федерации признала университет нежелательной организацией в конце марта, после чего Министерство юстиции Российской Федерации официально включило его в соответствующий перечень.
Помимо университета, в список были внесены и связанные с ним структуры, включая Центр по российским, восточноевропейским и евразийским исследованиям, действующий при Стэнфордском университете.
Согласно российскому законодательству, признание организации «нежелательной» означает запрет ее деятельности на территории страны. За участие в деятельности таких организаций, сотрудничество с ними или распространение их материалов предусмотрена административная и уголовная ответственность.
Стэнфордский университет — один из крупнейших частных исследовательских университетов США, расположенный в штате Калифорния. Он известен своими образовательными и научными программами, а также сотрудничеством с международными исследовательскими центрами.
Ранее в список нежелательных организаций в РФ был внесён Калифорнийский университет в Беркли.
Жители Калифорнии все чаще откладывают визиты к врачу и экономят на базовых расходах из-за роста стоимости медицинских услуг. Об этом свидетельствуют данные нового опроса, опубликованного California Health Care Foundation.
Согласно исследованию, около 70% калифорнийцев считают расходы на здравоохранение серьезным финансовым бременем. Почти 60% признались, что за последний год пропускали или откладывали лечение из-за высокой стоимости, а 40% сталкивались с медицинскими долгами.
Особенно остро проблема затрагивает латиноамериканские и сельские сообщества. Среди них чаще приходится выбирать между оплатой медицинских услуг и базовыми потребностями — такими как продукты питания или жилье. В сельных районах Северной Калифорнии более 70% жителей сообщают, что стоимость медицинской помощи растет быстрее их доходов.
Для русскоязычной аудитории эти тенденции также актуальны. Многие иммигранты сталкиваются с дополнительными барьерами — языковыми трудностями, недостатком информации о страховках и страхом высоких счетов. В результате даже застрахованные пациенты нередко избегают обращения за медицинской помощью.
Отдельную тревогу вызывает рост беспокойства по поводу неожиданных медицинских счетов: их боятся почти две трети жителей штата — больше, чем расходов на аренду или продукты.
При этом большинство калифорнийцев едины во мнении: проблему доступности медицины необходимо решать. Более 80% опрошенных считают снижение стоимости медицинской помощи одним из главных приоритетов для властей.
Эксперты предупреждают: если ситуация не изменится, это может привести к ухудшению здоровья населения и усилению социального неравенства — особенно среди иммигрантов и других уязвимых групп.
По данным ряда опросов и аналитических материалов американских и международных СМИ, рейтинг одобрения президента США Дональда Трампа в последнее время снизился и оказался на уровне или ниже минимальных показателей его предшественника Джо Байдена.
Согласно данным, опубликованным The Economist, чистый рейтинг одобрения Трампа в отдельные периоды достигал минус 23 процентных пункта среди всех американцев и около минус 19 среди зарегистрированных избирателей. Аналитики отмечают, что это сопоставимо или даже хуже показателей, которые ранее фиксировались у Байдена в наиболее сложные периоды его президентства.
Другие опросы, включая исследования Reuters/Ipsos, также указывают на снижение поддержки Трампа. В частности, уровень одобрения его экономической политики опускался примерно до 29%, что стало одним из самых низких значений за период его пребывания в должности. На фоне роста цен на топливо и экономической неопределённости общественное мнение демонстрирует негативную динамику.
Некоторые публикации отмечают, что падение рейтингов затронуло ключевые сферы — экономику и общую оценку эффективности управления страной. При этом эксперты подчеркивают, что динамика рейтингов может быстро меняться в зависимости от политических и экономических событий.
В целом, опросы последних месяцев фиксируют снижение уровня поддержки как у Трампа, так и у Байдена в аналогичные периоды их президентства, что отражает высокий уровень общественной поляризации и нестабильность политических предпочтений в США.
Джулиан До, содиректор организации American Community Media, делится впечатлениями от своей недавней поездки в Украину, где он посетил международную конференцию по восстановлению во Львове. В беседе с редактором Slavic Sacramento Русланом Гуржий он подчеркивает стойкость украинского народа, обсуждает инновационные технологии «Строительства 4.0» и отмечает значимость нового торгового соглашения между Калифорнией и Львовской областью. Проводя параллели со своими вьетнамскими корнями, Джулиан До выражает оптимизм по поводу будущего Украины и подчеркивает важную роль глобальной диаспоры и международных партнерств в восстановлении современной экономики.
Джулиан До: Меня зовут Джулиан До. Я содиректорAmerican Community Media, а также внештатный репортер Slavic Sacramento. Во время моей недавней поездки в Украину я выступал в качестве репортера Slavic Sac, и для меня это стало отличной возможностью узнать о происходящем в стране, а также своего рода личным путешествием.
Меня всегда интересовали вопросы развития, особенно в регионах, переживших конфликты, подобных ситуации в Украине. Во Львове, на западе Украины, недалеко от польской границы, проходила первая международная конференция по восстановлению Украины. Я решил, что это идеальный момент для визита: увидеть всё своими глазами на месте и одновременно узнать об идеях и видении того, как должна выглядеть реконструкция.
Я впервые был в Восточной Европе, посетил Польшу и Украину, хотя много слышал об этих странах еще во времена Советского Союза. Дело в том, что у меня есть и личная связь: я родился во Вьетнаме — стране, которая также имела тесные отношения с СССР в годы холодной войны.
Руслан Гуржий: Расскажите подробнее о вашей цели поездки. Узнали ли вы о каких-то новых, специальных или инновационных технологиях для восстановления разрушенных зданий в Украине?
Джулиан До:Эта конференция была посвящена не просто общей идее восстановления, а конкретным методам того, как именно должна строиться Украина. Организатором выступил Национальный университет «Львовская политехника», так как они хотели привлечь исследователей, ученых и застройщиков к размышлениям о будущем. Украина не должна быть восстановлена в том же виде, в каком она была раньше.
Речь шла об изучении новых технологий. Вместо привычного строительства из бетона обсуждалось, как должна выглядеть «новая Украина» с точки зрения технологий «Строительства 4.0», а также с учетом экономики замкнутого цикла, изменения климата и экологических проблем.
Руслан Гуржий: Я слышал, что вы попали под реальный обстрел, находясь в Украине. Не могли бы вы рассказать об этом?
Джулиан До: Да. В первую же ночь после моего приезда завыли сирены, призывая людей немедленно спуститься в укрытия. К счастью, я снимал квартиру прямо напротив «Львовской политехники», в подвале которой есть бомбоубежище. Я сразу отправился туда вместе со многими украинцами.
На следующее утро я узнал, что сначала целью дрона считали железнодорожный вокзал Львова, который я покинул всего за два часа до этого, но на самом деле удар пришелся по зданию службы национальной безопасности. Это было 18-го числа, а 24-го последовал еще один удар, и нам снова пришлось бежать в укрытие. На этот раз это произошло средь бела дня, и дрон попал в монастырь XIV века в самом центре Львова. За время моего пребывания было два прилета: оба раза в городе ревели сирены, и люди мгновенно уходили в безопасные места.
Руслан Гуржий: Но что поразило вас больше всего? Как местные жители реагировали на эти атаки? Что они говорили вам о войне?
Джулиан До: Моим первым впечатлением от Львова было то, насколько спокойны люди. Я путешествовал по Центральной Америке в конце 80-х, во время конфликтов в Колумбии и Никарагуа — там солдаты были повсюду: в центре города, у административных зданий, банков и рынков.
Во Львове же меня удивило почти полное отсутствие вооруженных людей на улицах. Царила атмосфера спокойствия; на первый взгляд казалось, что жизнь идет своим чередом. Но при этом чувствовалось глубокое осознание войны и признание жертв тех, кто сейчас сражается на передовой.
Я видел, как ежедневно в 9:00 утра город замирает на минуту молчания в память о погибших — и военных, и гражданских. Каждый день конференции мы также начинали с минуты молчания. В центре города ежедневно проходила служба в церкви, посвященная военным. Каждый раз я видел огромное количество людей, молящихся внутри и снаружи. А напротив ратуши жители собирались и пели песни — о стойкости украинцев, о патриотизме и о том, что борьба за свободу и независимость будет продолжаться. С одной стороны — повседневная рутина, с другой — мощный эмоциональный фон и четкое понимание происходящего.
Руслан Гуржий: Возвращаясь к теме восстановления: как Калифорния планирует помогать Украине? Недавно наш губернатор Гэвин Ньюсом встречался с украинскими официальными лицами в Мюнхене. Что об этом известно?
Джулиан До: Это очень важный шаг. В то время как на национальном уровне порой возникают сложности с поддержкой, губернатор Калифорнии — четвертой по величине экономики мира — публично заявляет о желании помочь. Поскольку губернатор не может заключать договоры на государственном уровне, Калифорния подписала меморандум о взаимопонимании (MoU) с Львовской областью. Калифорния уже несколько лет ведет торговую деятельность с Украиной и оказывает экономическую помощь, но это соглашение формализует отношения.
Выбор Львова логичен, так как это западные «ворота» для финансовой поддержки и гуманитарной помощи. Формальное соглашение позволяет штату и частному бизнесу Калифорнии получать государственную поддержку для изучения бизнес-возможностей в Украине.
Потребности страны в восстановлении огромны, и Калифорнии есть что предложить. Офис GO-Biz (деловой департамент губернатора) изучает возможности применения технологий: от цифрового сканирования для строительства до внедрения «Строительства 4.0». Также актуальны аграрные технологии — из-за засух Калифорния разработала передовые методы ведения устойчивого сельского хозяйства. Это касается и здравоохранения, и возобновляемой энергетики, где Калифорния является мировым лидером.
Руслан Гуржий: Как люди в Украине реагируют на то, что вы приехали из США? Что они думают об американской помощи и роли нынешней администрации в восстановлении инфраструктуры?
Джулиан До: Они были очень признательны за то, что кто-то решил приехать к ним в такое время, когда война еще продолжается. Многие участники конференции выступали дистанционно из соображений безопасности, поэтому личное присутствие американцев на месте было воспринято очень позитивно.
Многие даже не знали о соглашении между Калифорнией и Львовом и были рады это услышать. На фоне опасений, что федеральная помощь может сократиться и Европе придется брать всё на себя, присутствие американца, который готов открыто говорить о ситуации «в полях», было для них очень важно.
Руслан Гуржий: Каков ваш личный взгляд на этот конфликт? Видите ли вы сходство с тем, что происходило во Вьетнаме в годы холодной войны?
Джулиан До: Я вижу очень много сходств. При социалистических системах госпредприятия играют огромную роль во всём — от безопасности до медицины. После распада Советского Союза этим государствам пришлось мучительно переходить к рыночной экономике. Я видел эти трудности не только во Вьетнаме, но и в Лаосе, и в Камбодже.
Но сходство между вьетнамцами и украинцами в том, что в них живет оптимизм и стойкость. Они верят, что если им дать шанс, они приложат все усилия, чтобы сделать страну лучше. Вьетнаму потребовалось около 20 лет, чтобы наладить этот процесс. Думаю, Украине не понадобится столько времени. Процесс уже запущен, и при поддержке Европы и других стран Украина выйдет на правильный путь гораздо быстрее.
Многие ученые открыто говорили, что Украина готова стать своего рода «лабораторией» для испытания новых строительных технологий. Благодаря этому Украина может стать моделью, которую позже можно будет применить в развивающихся странах Латинской Америки или Африки. Если бы Вьетнам получил такую поддержку в самом начале, его путь был бы легче.
Руслан Гуржий: Планируете ли вы продолжать работу над проектом восстановления Украины?
Джулиан До: Безусловно. Вызовы и чаяния украинского народа очень близки мне, они напоминают мне о народе моей родины. Я вижу огромные перспективы. Со временем многие вьетнамцы второго и третьего поколений захотели вернуться, чтобы восстановить свою родину. Сегодня ведущие инвесторы и технологические лидеры во Вьетнаме — это вьетнамские американцы или вьетнамские европейцы.
То же самое я вижу и в украинской диаспоре. Это невероятный человеческий капитал. Поколение, уехавшее с родителями в Европу или Северную Америку, получит там образование, которое сейчас трудно получить в Украине. Подготовка доктора наук в области квантовой физики или программной инженерии стоит миллионы долларов. И эти люди, получив знания, смогут вернуться и помочь восстановить Украину. Мы видели это на примере Китая и Южной Кореи. Украинцы — очень патриотичный народ, и я верю, что этот сценарий вполне реален. Я обязательно вернусь в Украину, и в следующий раз у нас будет еще больше тем для обсуждения!
Julian Do, co-director of New American Community Media, shares insights from his recent trip to Ukraine, where he attended an international reconstruction conference in Lviv. Speaking with Slavic Sacramento editor Ruslan Gurzhiy, he highlights the resilience of the Ukrainian people, discusses innovative “Construction 4.0” technologies, and notes the significance of a new trade agreement between California and the Lviv region. Drawing parallels to his Vietnamese heritage, Julian Do expresses optimism about Ukraine’s future and emphasizes the important role of the global diaspora and international partnerships in rebuilding a modern economy:
Julian Do: My name is Julian Do. I’m co-director of New American Community Media, and also I’m an associate reporter for Slavic Sacramento. On my recent trip to Ukraine, I was a reporter for Slavic Sac, and I really found this opportunity to learn about what’s happening in Ukraine, and it was also a personal journey for me as well.
I had an interest in development, especially in areas that have experienced conflicts, just like the situation in Ukraine. So there was the first international conference on the reconstruction of Ukraine, and it was held in Lviv, on the western side of Ukraine, not far from the Poland border.
So I thought this would be a perfect opportunity to visit Ukraine during this period to understand and see for myself on the ground what’s been happening in Ukraine. But at the same time, this unique conference gave some ideas and visions about how the reconstruction of Lviv should look.
This was my first time to Eastern Europe, visiting Poland and Ukraine, although I had heard so much about these Eastern European countries during the time of the Soviet Union. And there is also a personal connection for me as someone who was born in Vietnam, a country that also had a relationship with the Soviet Union during the Cold War.
Ruslan Gurzhiy: Tell us a little bit more about your purpose in Ukraine. Is there any new special, innovative technologies that you learned about on how to reconstruct those buildings that were hit in Ukraine?
Julian Do: There was the first international conference on rebuilding Ukraine, but it was not just about the general idea of reconstructing Ukraine, but also specifically in what way Ukraine should be built. It was hosted by Lviv Polytechnic National University because they wanted researchers, scientists, and developers to think about rebuilding Ukraine. It should not be the same way that it was built before.
So the conference was about exploring new technologies that can be applied to Ukraine. So instead of just the usual reconstruction of buildings with concrete and so on, how should the new Ukraine look in terms of new technology in rebuilding? But also taking into consideration the circular economy, climate change, and environmental issues, and so on.
Ruslan Gurzhiy: I heard you experienced an actual attack while being in Ukraine. Could you please tell us a little bit about that?
Julian Do: Yes. On the first night when I arrived, there were long siren alerts telling people to immediately go to bomb shelters, and luckily for me, I rented an apartment right across from Lviv Polytechnic National University. The university has a bomb shelter in the basement, so immediately I went to the bomb shelter with many other Ukrainians.
The next morning, I learned that at first they thought the drone strike was going to hit the Lviv train station, which I had just left only two hours prior, but actually it struck the national security building in Lviv. That was on the 18th, and on the 24th another strike was coming and we immediately went to the shelter again.
This time it was in broad daylight, and it hit a 14th-century monastery right in the middle of downtown Lviv. So while I was there, there were two strikes, and both times loud alarms went off in the entire city, and people immediately went to shelters.
Ruslan Gurzhiy: But what struck you most while being in Ukraine? For example, how would you describe how local people reacted to those attacks? What did they tell you about the war, for example? What would you say about that?
Julian Do: My impressions when I first visited Lviv were how calm the people were. As someone who traveled to Central America during the late 80s, during the conflicts in Colombia and Nicaragua, those places during the conflicts had soldiers everywhere in downtown, patrolling administrative buildings, banks, and commercial marketplaces.
But I was surprised when I visited Lviv that there was almost a complete lack of visible military soldiers in the city. There was also a sense of calmness among the people, and I think on the surface it seemed that life just continued as on any day. But at the same time, there was a strong consciousness about the war and also an acknowledgment of the sacrifice of those who are still on the front line fighting.
I saw evidence that on a daily basis there is a 9:00 a.m. moment of silence for one minute to think about the war and to acknowledge the sacrifices of the fallen people, both soldiers and civilians. Each day of the conference we also had another moment of silence. Throughout the series, when I walked downtown, there was also a daily national mass service at the church dedicated to the military and fallen soldiers.
Each day I saw a huge number of people in the church and outside praying. Right in the middle of downtown, across from City Hall, there was also a daily gathering of residents who got together and started singing songs. When I asked people around, they said these were songs about the resiliency of Ukrainians and patriotism, and that the fight would continue.
It was about freedom and independence of the Ukrainian people. So on the one hand, there is the daily routine that people go through, but at the same time there is an emotional overlay that people are conscious about what is going on in Ukraine.
Ruslan Gurzhiy: All right, coming back to rebuilding Ukraine, how does California plan to help rebuild Ukraine? Recently we heard about our governor, Gavin Newsom. He met with Ukrainian officials in Munich, Germany. What do we know about that?
Julian Do: So, this is such an important development for Ukraine because, on the one hand, our current president is, you know, not supporting the government. But then you have a governor of California, of the fourth-largest economy in the world, publicly wanting to help Ukraine.
And because, being a governor, he cannot enter into any kind of agreement at a national level, California has signed a trade MoU with the province of Lviv, although California has been having trade activities with Ukraine for a number of years now, as well as providing economic aid to Ukraine. But this is a further formal agreement between the state and the province of Ukraine. Essentially, it’s also about the Ukrainian people.
The agreement with Lviv is significant because it is on the western side of Ukraine and is the entry point for a lot of financial support and aid going through there. So that makes a lot of sense. But at the same time, with this formal agreement, it allows the state and also private businesses in California to get support from the state on how to explore business opportunities with Ukraine, as well as in the reconstruction of Ukraine.
The needs for the country in rebuilding itself are huge and vast, and California has a lot to offer. From my engagement with the official GO-Biz, they are looking at how some of the technology, from digital scanning to help with construction, with some of the leading manufacturers in California working on Construction 4.0, which is a leading technology in manufacturing, as well as some of the technology in agriculture from California.
Because of its drought and climate challenges, California has developed some cutting-edge technology in agriculture on how to grow food and crops in a way that is resilient. So that is also considered to be technology transfer, as well as in healthcare and renewable energy. California is also a leading state in developing some of the forefront renewable energy that certainly Ukraine would really need in postwar reconstruction.
Ruslan Gurzhiy: Okay. Again, being in Ukraine, how do people react when you tell them that you came from the United States, and what do they think about American aid to Ukrainian people, or maybe what they think about the current administration and their role in rebuilding Ukrainian infrastructure?
Julian Do: They were really appreciative that someone like me would take the time to visit Ukraine during this time because the war is still going on. And plus, I went there to participate in a reconstruction conference because many of the presenters actually presented remotely because of concerns about safety and security. Yet you have Americans actually attending in person on the ground.
Also, the news of the agreement between California and Lviv was so new that many didn’t know that there was such an agreement, and they were really happy to hear that because under this administration they thought that a lot of the aid and resources might not be there. And therefore, Europeans might have to step up even more. So to have an American visiting their country and participating, and also being vocal about what’s happening on the ground, they really appreciated that.
Ruslan Gurzhiy: What is your view, your personal view, I mean, of this conflict between Russia and Ukraine? Maybe you can find any similarity to what was happening in Vietnam during the Cold War.
Julian Do: I find so many similarities because under socialist systems, state enterprises play a huge role in the economy and in running the country—everything from security to food to healthcare and so on. So after the Soviet Union collapsed, many of these states had to think about what was next for them. That would be a transition from the previous socialist system to more of a market economy—a private economy.
That was a challenge because moving from something that had been entrenched for nearly half a century to something new is not easy. I saw that difficulty not just in Vietnam, but also in Laos and Cambodia. But the similarity between the Vietnamese and Ukrainians is that there is optimism and also resiliency. They believe that, given a chance, people will try to improve and work hard to better the country.
Vietnam was able to do that, though not without a lot of struggle, because I was there right at the beginning when they started the open-door policy. It took them about 20 years. I don’t think Ukrainians would need that long to move from one system to another. In fact, I think the Ukrainian economy has already started that process. And because of this unfortunate event, with Europeans and many other countries supporting Ukraine, I think Ukraine probably will be on a much better track.
Many of the scientists spoke very openly that Ukraine has agreed to be, in a way, even a war laboratory for experimenting with many of these new construction technologies and so on. With that, Ukraine can actually be a model that can be repeated in a number of developing countries in Latin America as well, and in many still very underdeveloped countries in Africa.
So there is genuine enthusiasm and interest in making sure that the Ukrainian people will succeed. And I think if Vietnam had received that initial support from the beginning, it would have been on a better track. But now eventually it is doing better. So that is the parallel that I see between the efforts of moving from one system—from a socialist system to a more privatized market economy.
Ruslan Gurzhiy: Do you have any further plans to continue working on this project of rebuilding Ukraine?
Julian Do: I do, because I share the challenges and aspirations of the Ukrainian people. I find it very similar to the people of my motherland, and I see there are a lot of opportunities for Ukrainians. Because after a while, many Vietnamese of the second and third generations like to go back to rebuild their homeland. In fact, some of the leading technologies and investors in Vietnam are actually Vietnamese Americans or Vietnamese Europeans.
I see the same with the Ukrainian diaspora who have now moved to Europe and also to the U.S. Already there are a lot of people who are concerned about loved ones back home and are making donations to help. This is what I spoke about with one of the researchers during the conference—that although it is unfortunate that you have a large number of Ukrainians who are displaced and have to move overseas, the generations who move with their parents to Europe and North America will have the benefit of attaining the kind of education that would be extremely difficult to obtain in Ukraine.
This is an incredible resource of human talent and human capital that can return and make contributions to Ukraine. We have seen that in the case of China, South Korea, and many other countries. To train somebody to have a PhD in quantum physics or software engineering can take millions of dollars. Here you have people who have already received that training and have that talent, and then can come back to Ukraine to help rebuild.
I think that is the pattern that I see. What I noticed about Ukrainians is that Ukrainian people are very patriotic, and I think that prospect is very real. I will return to Ukraine, and next time we will have more information to discuss with you.
