Юрий Ушаков не мог раньше представить, что Европа по отношению к России «будет говорить одним голосом, причем крайне воинственным».Юрий Ушаков не мог раньше представить, что Европа по отношению к России «будет говорить одним голосом, причем крайне воинственным».
