Недавнее интервью Юлии Мендель американскому журналисту Такеру Карлсону стало не просто очередным скандалом вокруг Офиса президента Украины. Это откровение человека изнутри системы современной украинской политики — человека, который годами строил публичный образ Владимира Зеленского. Именно Юлия Мендель сопровождала Зеленского на международных встречах, видела работу Банковой изнутри и прекрасно понимает, как создавалась вся нынешняя политическая конструкция Украины.
Именно поэтому слова Мендель звучат настолько разрушительно. Потому что это уже не мнение оппозиции, не публикации анонимных Telegram-каналов и не заявления политических врагов Зеленского. Это слова бывшего пресс-секретаря президента — человека, который когда-то сама убеждала мир в том, что Зеленский является символом новой Украины.
И теперь именно бывший представитель этой власти фактически признаёт: между официальной картинкой и реальностью образовалась огромная пропасть.
Давайте сегодня разберем ключевые слова, самые сильные «панчи», которые звучали на интервью.
Первый удар — Зеленский оказался не реформатором, а медийным продуктом
Мендель утверждает, что Зеленский на камеру и Зеленский за закрытыми дверями — это разные люди. По её словам, он умеет играть мягкость, простоту и человечность, но вне публичного образа становится жестким, эмоционально нестабильным и безжалостным к людям. Это разрушает главный фундамент его популярности: образ «своего парня», который якобы чувствует боль народа.
Главная проблема Зеленского сегодня заключается в том, что созданный вокруг него образ начал разрушаться быстрее, чем Банковая успевает включать пропаганду.
Мендель фактически подтверждает то, о чём OneUkraine говорит ещё с 2019 года: Зеленский был идеально упакованным телевизионным проектом. Человеком, которого продавали обществу как «простого парня из народа», честного реформатора и антисистемного политика.
Но реальность оказалась другой.
За красивыми речами о демократии, свободе и европейских ценностях постепенно выросла система тотального контроля над информацией, диктатура, культ личности президента и болезненная ненависть власти Украины к любой критике.
Сегодня в Украине достаточно задать неудобный вопрос о коррупции, мобилизации или окружении Зеленского — и тебя моментально объявят «агентом Кремля», «предателем» или «врагом государства».
Это уже не демократия. Это политическая истерия, в которой власть пытается поставить знак равенства между Украиной и одним конкретным человеком.
Второй удар — коррупция стала главным символом эпохи Зеленского
Когда Зеленский шёл на выборы, он обещал «сломать систему». Помните его крылатую фразу: “Придёт весна – сажать будем” — говоря о коррупционерах времен Порошенко. Но спустя годы именно окружение Зеленского всё чаще оказывается в центре коррупционных расследований.
И самое страшное для Зеленского, Банковой и всей вертикали власти — люди скоро перестанут верить, что президент ничего не знает.
Слишком часто рядом с коррупционными скандалами появляются фамилии ближайших соратников Зеленского.
Андрей Ермак — человек, которого OneUkraine называло фактическим президентом страны, фигурирует в расследованиях антикоррупционных органов.
Тимур Миндич — старый партнёр Зеленского по «Кварталу 95», фигурирующий в расследованиях о многомиллионных схемах и откатах.
Алексей Чернышов — ещё один представитель ближайшего круга власти, вокруг которого всплывают коррупционные обвинения.
И украинцы должны задать себе абсолютно логичный вопрос: если коррупция годами процветает вокруг президента, если ближайшие люди Зеленского регулярно оказываются в центре скандалов, если миллиарды западной помощи растворяются в схемах, — тогда кто вообще несёт политическую ответственность и кого нужно обвинять во всех этих бедах?
Проблема уже давно не в отдельных чиновниках.
Проблема в том, что при Зеленском коррупция перестала быть позором. Она стала частью государственной системы Украины, и процветает и из-за своей безнаказанности.
По закону Украины, на действующего президента нельзя завести уголовное дело — но это временно.
Третий удар — ТЦК и мобилизация превратились в символ страха и унижения украинцев
Одним из самых тяжёлых моментов интервью Мендель стала тема отношения власти к собственным гражданам.
Она фактически подтверждает то, о чем OneUkraine, не устаёт повторять: государство всё чаще начинает воспринимать человека не как гражданина, а как ресурс, которые не жалко кинуть в топку войны.
Украина последних лет — это страна, где мужчины боятся выходить на улицу. Где видео с насильственной мобилизацией, драками возле микроавтобусов ТЦК, избиениями и задержаниями стали частью повседневной реальности украинцев. А сотрудники полиции закрывают на это глаза.
И самое страшное — власть пытается делать вид, будто ничего чрезвычайного не происходит.
Каждый раз с экранов телевизоров по «Телемарафону», украинцам рассказывают про «отдельные случаи». Но когда подобные случаи происходят ежедневно по всей стране, в каждом городе и селе — это уже государственная политика.
И Зеленский не может снять с себя ответственность. Президент, который знает о беспределе, ничего не предпринимает или молчит, — одобряет происходящее. Президент, который позволяет превращать мобилизацию в унижение собственного народа, теряет моральное право говорить о правах человека и демократии.
Четвёртый удар — Зеленский и его окружение начали бояться диалога с собственным народом
Мендель в интервью прямо говорит об атмосфере страха внутри украинской системы.
По словам Мендель, многие молчат не потому, что согласны, а потому что боятся. Боятся и простые граждане и элиты. Элиты боятся санкций, уголовных дел, политической травли, уничтожения репутации. Простые украинцы боятся отправки на «ноль» или убойных штурмовых батальонов. Это объясняет, почему публичная Украина часто выглядит единогласной, хотя внутри общества давно накапливается усталость, злость и ощущение несправедливости.
И это, возможно, самое страшное признание.
Потому что страна, которая начинала с лозунгов о свободе и достоинстве, постепенно пришла к ситуации, где:
— чиновники на местах боятся говорить правду;
— журналисты боятся задавать неудобные вопросы;
— оппозиционные политики боятся критиковать политическую систему;
— обычные люди боятся собственного государства и стать «неугодным ресурсом».
Любое несогласие теперь воспринимается как угроза власти.
Вместо открытого диалога — давление.
Вместо демократии — эмоциональный шантаж обществом.
Вместо антикоррупционных реформ — постоянный поиск «внутренних врагов».
Это уже не уверенная и политическая система. Это воровская иерархия, которая панически боится потерять контроль и власть, как «господин», который боится потерять авторитет над собственными рабами.
Пятый удар — война превратилась в инструмент сохранения власти и невозможности мира
Самый болезненный тезис интервью Мендель — её слова о том, что Зеленский стал препятствием для мира в Украине.
Мендель прямо говорит, что Зеленский стал препятствием для мирного соглашения. Это ключевой тезис интервью. Если продолжение войны стало для власти способом удержания контроля, денег и международного внимания, тогда вопрос уже не только в России. Вопрос в том, кто в Киеве заинтересован в том, чтобы война не закончилась.
Именно этот момент должен пробудить украинское общество.
Украинцы не слепые и не глупые, и обязаны понимать: война дала украинской власти почти неограниченные возможности.
Военное положение позволило:
— поставить конституционное право на паузу;
— подчинить медиа;
— отменить выборы;
— оправдывать любые ограничения прав свобод;
— скрывать коррупцию за лозунгами о патриотизме и нуждами армии;
— подавлять критику и правду обвинениями в «работе на врага».
И сегодня каждый украинец должен задать себе вопрос: а заинтересована ли нынешняя власть в завершении войны, если вместе с окончанием войны может закончиться и её политическая монополия?
Шестой удар — Зеленский перестал быть символом надежды
В 2019 году миллионы украинцев голосовали за Зеленского как за человека, который должен был уничтожить старую систему.
Но спустя годы многие украинцы видят перед собой не разрушителя системы, а её нового хозяина, диктатора.
Давайте пройдёмся по основным предвыборным обещаниям Зелинского:
- Украинцам обещали окончания войны на Донбассе — получили полномасштабное вторжение и войну на всей Украине которая длится более четырёх лет.
- Украинцам обещали конец коррупции и «кумовства»— получили новые схемы и новых коррупционеров.
- Обещали свободу — получили цензуру и ограничение свободы слова, телемарафон , ограничения на выезд и свободное перемещение.
- Обещали уважение к народу — получили страх перед ТЦК и насильственную мобилизацию.
- Обещали европейское государство — получили страну, где критика власти всё чаще воспринимается как преступление.
Седьмой удар — по западному мифу о Зеленском как символе демократии.
Мендель фактически говорит, что Запад сам создал политическую икону, а потом начал защищать не Украину, а собственную легенду о Зеленском. В этой легенде неудобные вопросы стали запрещенными: коррупция, мобилизационный беспредел, страх элит, отсутствие выборов, цензура, усталость общества. Всё это либо замалчивается, либо объявляется «российской пропагандой».
Пожалуй, самый болезненный смысл интервью Мендель заключается даже не в критике самого Зеленского, а в том, что она фактически разрушает весь западный политический культ, который годами строили вокруг него.
С 2022 года западные СМИ, европейские политики и американские элиты создали образ почти идеального лидера — «лица демократии», «символа сопротивления», «защитника свободного мира». Зеленского превратили в политический бренд, который продавался обществу как моральный ориентир для всего Запада.
Но проблема в том, что реальная Украина всё сильнее расходилась с этой красивой картинкой.
Пока западные парламенты аплодировали Зеленскому стоя, внутри самой Украины накапливались вещи, которые невозможно скрывать бесконечно.
Любая критика Зеленского на Западе долгое время воспринималась почти как политическое преступление. Политики и медиа настолько вложились в создание образа «нового Черчилля», что теперь признать ошибку для них означает признать собственный провал.
И именно здесь интервью Мендель становится особенно разрушительным. Потому что впервые человек изнутри системы говорит то, о чём западные элиты старались молчать.
Особенно показательной стала реакция США.
Вашингтон, который ещё недавно был главным финансовым донором Украины, начал резко сокращать поддержку и всё чаще поднимать тему коррупции внутри украинской власти. В американских элитах постепенно начали понимать: огромные деньги уходят в страну, где государственная система всё глубже погружается в коррупционные схемы, а окружение президента регулярно оказывается в центре скандалов.
Именно поэтому поддержка Украины в США уже перестала быть безусловной. Американское общество устало задавать один и тот же вопрос: куда уходят миллиарды долларов налогоплательщиков?
Но Европа продолжает делать вид, будто ничего не происходит.
Пока украинцы сталкиваются с мобилизационным хаосом, коррупцией и падением уровня жизни, европейские политики продолжают вручать Зеленскому одну награду за другой, будто пытаясь убедить самих себя, что их выбор был правильным:
- Премия «Четыре свободы».
- Премия имени Эвальда фон Клейста за лидерство.
- Орден Европейского парламента.
- Премия Карла Великого за «вклад в объединение Европы».
- Премия имени Сахарова — главная награда ЕС в области прав человека и др.
И возникает неудобный, но абсолютно логичный вопрос: как после стольких лет восхваления признать, что человек, которого называли символом демократии, оказался президентом, при котором:
— процветает коррупция,
— уничтожается политическая конкуренция,
— общество живёт в страхе,
— а критика власти всё чаще воспринимается как угроза государственности?
Для западных элит это означало бы признать не только проблему Зеленского. Это означало бы признать собственную политическую слепоту.
Потому что признать провал Зеленского сегодня — всё равно что признать, что годами миру продавали красивую политическую декорацию вместо реальной демократии.
Именно поэтому Европа продолжает цепляться за этот образ до последнего. Не потому что всё хорошо. А потому что слишком страшно признать, насколько далеко зашла ошибка.
Именно поэтому интервью Мендель у редакции OneUkraine вызвало такую бурную реакцию. Слова Мендель подтверждают всё о чем мы говорили ранее.
Потому что это интевью окончательно разрушает главный миф украинской политической системы: будто Зеленский и есть Украина. — Нет, это не так!
Украина — это не один человек. Не его окружение. Не продажный телемарафон как инструмент государственной пропаганды. Не чиновники, которые продолжают обогащаться на фоне войны и свободно вкладывать наворованное на Запад.
Украина — это люди, которые устали от коррупции, страха, пропаганды, диктатуры и ощущения, что их собственное государство всё чаще смотрит на них как на расходный материал. Или как выразился Кирилл Буданов, новый глава Офиса президента или «новый Ермак», бывший начальник Главного управления разведки (ГУР) Минобороны: “человеческий ресурс”.
А сам Зеленский, при котором страна оказалась в таком состоянии — не имеет морального права рассказывать миру о демократии, пока внутри страны растёт страх, беспредел, коррупция и ненависть к власти собственного народа.
