Весь блог главная

История парламентского саботажа, которая на прошлой неделе оставила Украину без министров энергетики и обороны, получила прямое продолжение. После обысков в кабинете Юлии Тимошенко и публикации материалов следствия стало очевидно: речь идёт не о политических манёврах, а о системной коррупционной схеме, направленной на подкуп депутатов Верховной Рады. Такую деятельность, по мнению OneUkraine, можно смело назвать государственной изменой.

Опубликованное видео, на котором правоохранительные органы изымают пачки долларовых купюр из целлофанового пакета, а также аудиозаписи разговоров между Юлией Тимошенко и одним из народных депутатов, позволяют сделать однозначный вывод: НАБУ и САП разоблачили руководителя депутатской фракции Верховной Рады, на предложении неправомерной выгоды за голосование за или против конкретных законопроектов.

Несмотря на заблюренное изображение опубликованным ранее, по контурам и сопутствующим материалам было ясно, что речь идёт именно о Юлии Тимошенко. Напомним, что во вторник вечером, 13 января 2026 года, в офисе партии «Батьківщина» прошли обыски, которые стали логическим продолжением расследования, о котором ранее говорили лишь шёпотом.

Далее были опубликованы аудио записи которые свидетельствуют: Тимошенко вела переговоры о переходе или неформальном присоединении отдельных народных депутатов к фракции «Батьківщина» за деньги. Депутаты должны были следовать указанием Тимошенко, голосовать по инструкция которые бы им присылали в мессенджерах. Все эти разговоры Тимошенко фиксировались и впоследствии были переданы в НАБУ. На аудиозаписях слышен голос, идентифицируемый как голос Тимошенко, которая прямо обсуждает финансовые условия «сотрудничества».

Речь идёт не о символических суммах. Следствие утверждает, что обсуждалась выплата порядка 10 тысяч долларов в месяц одному депутату — за две парламентские сессии — при условии лояльного голосования «так, как нужно». Более того, самой Тимошенко отчётливо подчёркивается, что это не разовая договорённость, а постоянный механизм, рассчитанный на длительное и системное влияние на голосования в Верховной Раде. Выплаты предполагались авансом и должны были стать регулярной практикой.

Таким образом, по версии следствия, Юлия Тимошенко инициировала переговоры с рядом народных депутатов, предлагая системную неправомерную выгоду в обмен на контролируемое поведение в сессионном зале. В условиях войны и энергетического кризиса такая деятельность приобретает не просто коррупционный, а откровенно деструктивный характер, явно направленный на дестабилизацию и так нелёгкого положения в Украине.

Уже на следующий день после обнародования подозрения НАБУ и САП состоялось судебное заседание, на котором были представлены все материалы дела и доказательства, собранные следствием, о которых мы говорили ранее. Высший антикоррупционный суд избрал для Юлии Тимошенко меру пресечения: залог в размере 33 миллионов гривен, ношение электронного браслета, запрет на выезд за пределы Украины и обязательство сдать заграничный паспорт, а так же, неформально, блокировку всех банковских счетов Тимошенко и ее мужа.

Заседание продолжалось с самого утра. Поддержать лидера «Батьківщины» в зал суда пришли её муж Александр и депутаты-соратники. Прокуратура настаивала на залоге в 50 миллионов гривен, однако защита заявила о несоразмерности этой суммы доходам подозреваемой, после чего суд остановился на меньшем размере.

Сама Тимошенко назвала дело «заказным». Она заявила, что НАБУ якобы оказывало давление на депутата «Слуги народа» Игоря Копытина с целью организации провокации. Позже она признала факт встречи с ним, однако утверждала, что разговоров подобного содержания не было. По её словам, записи сфальсифицированы или смонтированы, а всё происходящее вокруг её имени — абсурд. Денежных средств депутатам, утверждает Тимошенко, она не передавала и делать этого не собиралась.

Тем не менее следствие заявляет о наличии аудиоматериалов и других доказательств, которые подтверждают попытки подкупа народных депутатов ради “нужных голосований” в сессионном зале. В случае доказательства вины Юлии Тимошенко может грозить до десяти лет лишения свободы.

Особо важно отметить контекст. Эти действия, по версии следствия, происходили в момент, когда страна находится в состоянии полномасштабной войны, энергетического кризиса и управленческого вакуума, сознательно созданного через парламентский саботаж. В таком контексте подкуп депутатов перестаёт быть просто коррупцией — он становится инструментом дестабилизации государства.

Отдельного и предельно жёсткого разговора заслуживает сам факт того, что в условиях полномасштабной войны и техногенной энергетической катастрофы в Украине находятся народные депутаты, готовые брать деньги за саботаж работы государства. Когда страна живёт под ракетными ударами, когда миллионы людей сидят без света, тепла и воды, когда каждый день на фронте гибнут военные, часть парламента, по версии следствия, обсуждает тарифы за «правильное» голосование. И самое показательное — это не абстрактная коррупция, а коррупция, которая дала конкретный результат. Депутаты действительно действовали ровно так, как было выгодно Тимошенко: увольняли ключевых министров и сознательно блокировали их назначения, оставляя страну без управления в критический момент.

Именно это превращает дело Тимошенко из очередного коррупционного скандала в историю о целенаправленной дестабилизации государства. 

Если верить материалам следствия, схема работала: деньги предлагались — и нужные решения в сессионном зале не принимались. Фактический саботаж кадровых назначений в правительстве стал не случайным совпадением, а логическим следствием подкупа. 

И в этой связи у редакции OneUkraine возникает принципиальный вопрос: почему перед судом оказалась только Юлия Тимошенко?

Где юридическая оценка действий тех народных депутатов, которые голосовали против жизненно важных назначений и которые, судя по результату, могли быть частью этой схемы? Если подкуп был системным, то ответственность должна быть системной. Иначе создаётся ощущение, что на скамье подсудимых оказался лишь организатор, а исполнители — те, кто за деньги нажимал нужные кнопки, — пока остаются в тени.

История далека от завершения. Появление НАБУ в офисе «Батьківщины», публикация доказательств и оперативное судебное решение показывают, что речь идёт не о случайном эпизоде, а о системном расследовании. Oneukraine продолжит следить за развитием событий и информировать читателей о всех новых фактах, которые помогут понять истинные масштабы происходящего и его последствия для украинского народа и государства.

Автор: Василий Кручковский 01/19/2026

За последнюю неделю в Верховной Раде Украины произошли события, которые иначе как политическим саботажем назвать сложно. Всё началось с громкого заявления президента Зеленского о «перезагрузке правительства». Впрочем, перезагрузкой это назвать трудно: скорее — перестановкой фигур на одной и той же шахматной доске. Но даже эта ограниченная рокировка потребовала ключевого решения парламента — увольнения действующих министров и назначения новых. И именно на этом этапе система дала сбой.

Верховная Рада проголосовала за отставку ключевых членов правительства, но отказалась утверждать новых кандидатов. Около 30 депутатов от партии «Слуга народа» и вся фракция «Батьківщина» во главе с Юлией Тимошенко поддержали увольнение министров, но синхронно отказались голосовать за их назначение на новые должности. В результате страна в буквальном смысле осталась без министров энергетики и обороны.

И это — в условиях энергетического коллапса и полномасштабной войны с Россией.

Механика происходящего выглядит предельно цинично. «Батьківщина» давала голоса за увольнение министров и других должностных лиц, но принципиально не давала голосов за их назначение. Формально — всё в рамках регламента. Фактически — целенаправленное обезглавливание ключевых государственных институтов. Именно поэтому вчерашний парламентский день стал моментом, который вызывал не просто раздражение, а откровенную ярость — и абсолютно оправданную.

Верховная Рада должна была назначить министра энергетики и министра обороны. В итоге Денис Шмыгаль был уволен с должности министра обороны, Михаил Фёдоров — с должности министра цифровой трансформации. Но ни один из них так и не был назначен на новые посты. «Батьківщина» поддержала оба увольнения и не дала ни одного голоса за назначения. Параллельно с этим из зала «исчезли» около тридцати депутатов от «Слуги народа».

Результат очевиден и пугающ. Страна переживает техногенную энергетическую катастрофу: российские удары системно уничтожают энергетическую инфраструктуру, возвращая Украину к условиям фактического средневековья. Одновременно идёт полномасштабная война, фронт растянут почти по всей государственной границе, российские войска наступают, а армия требует срочных и болезненных реформ. И именно в этот момент государство сознательно оставляют без министра энергетики и без министра обороны.

Это не случайность. Это не технический сбой. Это прямой саботаж в целях своей личной выгоды.

Отдельные и очень серьёзные вопросы здесь, безусловно, к партии «Слуга народа». Что это за монобольшинство, если при наличии 229 депутатов на бумаге оно не способно обеспечить базовые кадровые назначения? Монобольшинство, которое не может собрать собственную фракцию и дисциплинировать голосование, — это не большинство, а фикция. И об этом уже было сказано немало.

Но действия «Батьківщины» — это не оппозиция. Точнее, это не оппозиция власти. Это оппозиция государству.

Потому что сознательное блокирование ключевых назначений во время войны и энергетической катастрофы — это дестабилизация системы управления. Это действия, которые делают страну неуправляемой. И именно такого результата добивается Россия.

Когда мы говорим о целях Путина, мы всегда отмечаем две стратегические задачи, которые не противоречат друг другу. Первая — военный разгром Украины. Вторая — превращение Украины в неуправляемое пространство, где отсутствует эффективная власть, где хаос подменяет управление, а государственные институты парализованы. И сегодня внутри Верховной Рады мы наблюдаем политическую силу, которая действует ровно в этой логике.

Сценарий прост: развалить монобольшинство, вынудить создание новой коалиции, войти в неё, получить министерские портфели и параллельно дестабилизировать государство. Уволить министров — пожалуйста. Назначить двух критически важных министров — энергетики и обороны — во время войны и энергетического коллапса? Нет, не будем. Назначения сознательно срываются.

И здесь возникает не только политический, но и юридический вопрос. Помимо возможного предоставления неправомерной выгоды, существует и более тяжёлая плоскость — где проходит граница между политической игрой и государственной изменой.

Зачем «Батьківщина» и Юлия Тимошенко пошли на это? Возможны как минимум три гипотезы.

Первая — демонстрация силы. Показать, что фракция способна завалить любое голосование и что поддержка будет стоить дорого. Сегодня — одно назначение, завтра — новый ценник.

Вторая — попытка обрушить монобольшинство и войти в коалицию с последующим получением министерских постов, включая контроль над энергетикой — одним из самых коррумпированных и денежных направлений в государстве.

Третья — работа в интересах России. Когда действия политической силы напрямую совпадают с интересами противника, вопрос о мотивации возникает сам собой.

Возможно, мы имеем дело с комбинацией всех этих факторов. Но итог один — подрыв государства изнутри.

Да, логика парламентской оппозиции, которая не голосует за кадровые назначения власти, понятна и нормальна. Это стандартная европейская практика. Но она не применяется в условиях техногенной катастрофы и войны на выживание, особенно когда для принятия кадровых решений не обходится без коррупционной составляющей. Когда фронт проходит по всей границе страны, а миллионы людей сидят без света, воды и отопления, сознательное блокирование управления — это уже не политика — это сознательная государственная измена.

Даже если монобольшинство фактически распалось, у депутатов должна оставаться личная ответственность и понимание момента. Потому что иначе возникает простой вопрос: сколько ещё месяцев страна должна жить без министра энергетики? И ради чего? Чтобы кто-то заработал деньги или вошёл в правительство?

Однако на этом история не заканчивается. Уже после проваленных голосований стало известно, что в офис партии Юлии Тимошенко с обысками пришло НАБУ. Совпадение это или закономерное продолжение событий — вопрос, на который предстоит ответить следствию. Но сам факт появления антикоррупционных детективов именно после парламентского саботажа выглядит, мягко говоря, показательно. Очевидно, что происходящее в Верховной Раде имеет продолжение и может оказаться лишь верхушкой куда более глубокой истории.

Показательно, что всё это закончилось сразу после появления подозрения НАБУ. И внезапно система «заработала». Уже сегодня оба назначения состоялись: Михаил Фёдоров стал министром обороны, Денис Шмыгаль — первым вице-премьером и министром энергетики.

Иногда украинской политике действительно нужен не политический диалог, а уголовно-правовой стимул.

OneUkraine будет внимательно следить за развитием событий и информировать наших читателей о всех новых фактах и решениях, которые будут иметь значение для понимания того, что на самом деле происходит в украинской политике.

Автор: Василий Кручковский 01/11/2026

Украина вошла в затяжную фазу войны с парадоксом, который всё труднее игнорировать: чем громче заявления о «нулевой толерантности к коррупции», тем чаще коррупционные скандалы становятся центральной политической темой — вытесняя разговор о фронте, стратегии и переговорах. Украинская власть утверждает, что очистка тыла — залог победы. Критики отвечают: страна застряла между показательной борьбой и реальной войной, теряя время, людей, ресурсы и доверие.

ДВОЙНОЙ ФРОНТ: КОГДА ТЫЛ ПЕРЕТЯГИВАЕТ ВНИМАНИЕ С ПЕРЕДОВОЙ

С начала года украинская повестка всё чаще формируется не сводками с фронта, а новостями о расследованиях, обысках, утечках и парламентских комиссиях. Взаимные обвинения звучат публично, имена чиновников и «теневых менеджеров» кочуют из заголовков в соцсети и медиа. Война при этом не становится ближе к завершению — наоборот, общество получает ощущение управленческой перегрузки, без реальных результатов.

Военные источники признают: логистика и закупки напрямую зависят от решений гражданских ведомств. Каждый скандал — это пауза. Каждая пауза — задержки контрактов, смена ответственных, страх подписи. В результате фронт ждёт, а тыл спорит.

АНТИКОРРУПЦИЯ КАК СПЕКТАКЛЬ

Антикоррупционные органы подают сигналы активности, но системного результата общество не видит. Расследования длятся месяцами, фамилии всплывают и исчезают, дела тонут в процессуальных деталях. Складывается впечатление, что борьба с коррупцией всё чаще превращается в политический инструмент — средство давления, сигнал Западу или способ внутренней чистки.

Парадокс в том, что демонстративные кейсы не усиливают доверие, а размывают его. Когда расследования касаются фигур, близких к центру принятия решений, общество ожидает финала. Когда финала нет — растёт цинизм.

НАТО КАК ИЛЛЮЗИЯ СТРАТЕГИИ

На этом фоне показательной стала и недавняя корректировка позиции Киева по вопросу членства в НАТО. Владимир Зеленский впервые публично допустил отказ Украины от вступления в альянс в обмен на некие «юридически обязывающие гарантии безопасности» со стороны западных партнёров. Фактически это означает признание того, о чём в дипломатических кулуарах говорили давно: Украину не ждали в НАТО ни вчера, ни сегодня, ни, вероятно, в обозримом будущем.

Именно Зеленский сделал членство в альянсе не предметом холодного расчёта, а символом — почти сакральным обещанием, за которым не стояло ни реальных гарантий, ни чёткого временного горизонта. Обществу годами внушали, что вопрос НАТО — лишь вопрос времени, что Запад «созрел», что двери вот-вот откроются. Сегодня выясняется, что эти двери не просто были закрыты — ключей от них у Украины никогда не было.

Заявление Владимира Зеленского о готовности отказаться от курса на вступление Украины в НАТО стало не дипломатическим прорывом, а запоздалым признанием стратегической ошибки. Ошибки не абстрактного «государства», а конкретного политического курса, который президент Зеленский последовательно продвигал все годы войны, превращая тему НАТО в центральный элемент внутренней и внешней риторики.

Возникает закономерный и болезненный вопрос: зачем понадобились годы войны, сотни тысяч погибших, разрушенная экономика и дипломатическое истощение, чтобы озвучить то, что было понятно ещё в первые месяцы конфликта? Стремление к НАТО стало не столько реальной стратегией безопасности, сколько политическим символом и удобным лозунгом, за которым скрывалось отсутствие альтернативного плана.

Украина закрепила курс на вступление в НАТО на уровне Конституции, выстраивала публичную риторику вокруг «неизбежного членства», убеждала общество, что вопрос — лишь во времени. Сегодня же этот курс внезапно оказывается предметом торга. Для внешних партнёров это выглядит как запоздалое признание очевидного, а для украинского общества — как стратегическая неопределённость, за которую уже уплачена слишком высокая цена.

Этот разворот напрямую связан и с переговорами. Отказ от НАТО, который ещё недавно считался невозможным, сегодня подаётся как реалистичный элемент компромисса. Но чем позже подобные признания делаются публично, тем слабее позиции страны за столом переговоров. Дипломатия не про принципы, озвученные слишком поздно, а про расчёт, сделанный вовремя.

ПЕРЕГОВОРЫ КАК ЗАЛОЖНИК ВНУТРЕННЕЙ ПОЛИТИКИ

Параллельно с внутренними скандалами буксуют и мирные инициативы. Официальная позиция Киева жёстка и публична. Любые разговоры о компромиссах отвергаются как капитуляция. Эта риторика понятна эмоционально, но политически она сужает пространство для манёвра и приближение долгожданного мира в Украине.

Американские и европейские партнёры всё чаще говорят не о «формуле победы», а о «параметрах завершения». Разница принципиальная. Когда Киев публично отсекает даже обсуждение сценариев, переговоры превращаются в формальность.

КТО ТОРМОЗИТ МИР — КИЕВ ИЛИ МОСКВА?

Ответ неудобен для обеих сторон. Москва использует затягивание как стратегию истощения. Киев — как инструмент мобилизации поддержки. В итоге переговоры становятся не способом остановить войну, а элементом политической игры.

Зеленский публично заявляет о невозможности уступок. Эти заявления в некоторых случаях находят поддержку внутри страны, у других вызывает раздражение от усталости от войны. И эти же заявления вызывают вопросы у союзников: если переговоры невозможны в принципе, зачем тогда дипломатические каналы?

ЗАПАДНЫЙ ФАКТОР И УСЛОВИЯ ПОДДЕРЖКИ

Финансовая и военная помощь Запада всё больше обрастает условиями. Прозрачность, аудит, персональная ответственность. Каждый новый коррупционный скандал усиливает позицию тех, кто в США и ЕС требует «паузы» или пересмотра пакетов помощи.

Таким образом, коррупция в тылу напрямую влияет на способность Украины воевать. Это не метафора, а бюджетная математика.

ОБОРОНА В УСЛОВИЯХ ПОЛИТИЧЕСКОГО ШТОРМА

Армия действительно адаптируется быстрее, чем государственный аппарат. Однако и у этой адаптации есть предел. Когда решения о поставках и производстве вооружений принимаются в атмосфере страха, взаимных подозрений и постоянных кадровых колебаний, эффективность неизбежно снижается. Война не терпит показательных кампаний и политических жестов — ей необходима монотонная, предсказуемая и профессиональная работа тыла. На этом фоне тревожным сигналом выглядит позиция ключевого союзника и экономического донора Украины — США, где всё чаще звучит готовность сократить вовлечённость и свернуть посреднические усилия по достижению мира.

ЧТО ВМЕСТО ЭТОГО

Украина стоит перед предельно жёстким выбором: либо выстроить тихую, институциональную антикоррупционную работу без политического шоу, без утечек, без демонстративных жертв, — либо и дальше существовать в режиме нескончаемых скандалов, постепенно теряя поддержку союзников, управляемость и стратегическую инициативу на фронте.

То же самое касается и мирных переговоров. Либо признать их неизбежность и начать готовить общество к сложному, болезненному, но честному разговору о возможных сценариях завершения войны, либо продолжать воинственную публичную риторику, оставляя реальную дипломатию за закрытыми дверями — до того момента, когда пространство для манёвра окончательно сузится.

История этой войны уже даёт наглядный урок. В самом её начале, на первых раундах переговоров, условия, выдвигаемые Россией, в упрощённом виде сводились к отказу Украины от претензий на Крым и предоставлению Донецкой и Луганской областям особого статуса или автономии, но в составе Украины. Сегодня этот перечень расширен: к нему добавлены полный отказ от Запорожской и Херсонской области, а также полная потеря Донбасса. Логика эскалации здесь очевидна — чем дольше затягивается война, тем выше цена выхода из неё.

И главный вопрос, который пока предпочитают не задавать вслух: какими будут эти условия ещё через год или два или три? Какие новые территории, требования или ограничения окажутся в следующем пакете ультиматумов? Политика отказа от обсуждения не останавливает войну — она лишь откладывает момент, когда обсуждать придётся уже с гораздо худших позиций.

Выбор остаётся за украинской властью. Но времени для этого выбора становится всё меньше.

ВЫВОД

Коррупция и война — не конкурирующие повестки, а взаимозависимые. Когда борьба с первой превращается в спектакль, вторая затягивается. Когда переговоры используются как элемент внутренней политики, они перестают быть инструментом мира.

Украина платит за это временем, ресурсами и жизнями своих граждан. И вопрос сегодня не в том, кто громче заявляет о принципах, а в том, кто способен вернуть государству управляемость в самый критический момент его истории.

Автор: Василий Кручковский 12/17/2025

Формально ситуация вокруг Андрея Ермака выглядит почти стерильно. Обыски были — обвинений нет. Подозрения — нет. Криминального дела — нет. НАБУ не сделало ни одного заявления, которое позволяло бы юридически связать Андрея Ермака с коррупционным преступлением. Более того, по официальной версии, следственные действия ограничились проверкой нескольких телефонов и электронных носителей, без изъятия документов или финансовых доказательств.

И всё же Ермак ушёл. Только из-за одного обыска? И граждане Украины должны в это поверить?

Для украинской политической системы это аномалия. Обычно чиновники держатся за должности до последнего — даже при наличии подозрений, даже при публичных скандалах, даже под давлением улицы. Бывший президент Порошенко до сих пор оправдывается в судах, но упрямо держится за власть, имеет свою партию в парламенте, и неустанно напоминает про себя западным партнёрам. Здесь же — обратная картина: отставка без формального повода. Именно это делает ситуацию не менее, а более подозрительной.

Если нет состава преступления — зачем жертва? Или всё-таки преступления были?

ЛОГИКА ПОЛИТИЧЕСКОЙ СДЕЛКИ

В таких случаях в украинской политике почти всегда работает негласная формула: «уход без обвинений в обмен на отсутствие продолжения». Она знакома по предыдущим эпохам — от Кучмы до Порошенко. Разница лишь в декорациях и людях, занимающие высшее положение во власти.

Ермак был не просто чиновником. Он был узлом власти:

• координатором внешнеполитических контактов, 

• посредником между Зеленским и западными столицами и партнёрами,

• человеком, через которого проходили кадровые решения от СБУ и ГРУ до Министров и аппарата президента,

• политическим фильтром для НАБУ, САП и Генпрокуратуры.

Когда Запад требует «очистки», но не хочет институционального кризиса, такие фигуры становятся разменной монетой. Не суд — а уход. Не приговор — а жертва.

Отставка Ермака в этом контексте выглядит не как следствие расследования, а как сигнал:«Мы услышали, мы реагируем, пожалуйста, не трогайте систему целиком, не копайте глубже».

ЗЕЛЕНСКИЙ МЕЖДУ ДВУМЯ ДАВЛЕНИЯМИ

Для Зеленского ситуация была патовой. С одной стороны — общественное недоверие и раздражение коррупционными скандалами. С другой — жёсткие ожидания западных партнёров, уставших объяснять своим налогоплательщикам, почему деньги уходят в страну, где даже намёк на коррупцию не получает логического завершения.

Сохранение Ермака означало бы:

• усиление давления со стороны союзников,

• токсичность переговорного трека,

• постоянное напоминание о скандале.

Его увольнение — минимальная цена, позволяющая сохранить контроль над системой, не открывая ящик Пандоры с полноценным расследованием и неминуемыми последствиями.

Публичная реакция Владимира Зеленского на уход Андрея Ермака выглядела предельно выверенной — и именно поэтому неубедительной. Президент говорил о «перезагрузке», «снятии спекуляций» и необходимости сосредоточиться на войне, но так и не ответил на главный вопрос: если к Ермаку нет претензий, почему он уходит; если есть — почему о них молчат? Эти формулировки больше напоминали политическое прикрытие, чем объяснение. В итоге заявление Зеленского не закрыло тему, а лишь усилило ощущение, что решение принималось не в логике ответственности, а в логике управляемого ущерба и сохранения власти для себя. Видно уже забылась фраза Зеленского: «Он пришёл со мной, он со мной уйдёт». Вот только Зеленский никуда не собирается уходить, и уже говорит о следующих выборах. 

ПОЧЕМУ НАБУ МОЛЧИТ

Отдельный вопрос — позиция НАБУ. В теории именно это ведомство должно либо идти до конца, либо закрывать тему публично. Но в реальности НАБУ всё чаще действует как рычаг политического баланса, а не только правоохранительный орган.

Молчание НАБУ в случае Ермака можно трактовать двояко:

• либо доказательств действительно нет,

• либо доказательства есть, но их публикация разрушит слишком многое и приведет к падению фронта.

И в обоих случаях результат одинаково тревожный. Потому что антикоррупционная система без финалов превращается в имитацию, а украинское общество — в зрителя бесконечного сериала без развязки в состоянии войны.

КАК ЭТО БЬЁТ ПО ПЕРЕГОВОРАМ

Ермак был ключевым переговорщиком. Его уход автоматически ослабляет переговорные позиции Украины — не из-за личности, а из-за сигнала нестабильности. Для внешних партнёров это выглядит так: в стране идёт война, а центр принятия решений трещит изнутри. Ермак, который был одной из ключевых фигур во всех переговорах, особенно в последних раундах, просто тихо уходит со сцены. И в этот момент неизбежно возникает вопрос — где гарантии, что человек, который придёт ему на смену, не исчезнет так же внезапно, не став очередной жертвой внутреннего конфликта, политической сделки или антикоррупционного шума?

В условиях войны и дипломатического торга такая нестабильность воспринимается не как обновление системы, а как её уязвимость. Когда переговорщики меняются быстрее, чем линии фронта, доверие партнёров размывается, а сами переговоры теряют смысл — потому что договариваться становится просто не с кем.

Это напрямую связано со срывом мирных инициатив. Когда переговоры ведёт власть, находящаяся в режиме внутренней обороны, она не способна на стратегическую гибкость. Любой компромисс становится угрозой — не только рейтингу, но и выживанию системы.

В результате:

• Кремыль тянет время,

• Киев повышает ставки, меняет условия,

• Запад теряет терпение и доверие.

ГЛАВНЫЙ ВОПРОС БЕЗ ОТВЕТА

Если Ермак не виновен — почему он ушёл?

Если виновен — почему нет обвинений?

Пока этот вопрос остаётся без ответа, украинская власть будет терять доверие — и внутри страны, и за её пределами. Потому что прозрачность — это не обыски, а финалы. Не отставки, а приговоры или оправдания. 

История с Ермаком — это не частный эпизод, а симптом украинской политики. Симптом коррупционной системы, которая в условиях войны пытается удержать контроль, жертвуя фигурами, но не правилами игры.

Коррупция не побеждена. Война не окончена. Переговоры заблокированы. А общество снова остаётся с тем же ощущением: что-то произошло, но нам так и не сказали — что именно и что будет дальше?

Автор: Василий Кручковский 12/16/2025

Отставка Ермака: как рухнула самая влиятельная тень над Банковой

Отставка Андрея Ермака, человека, который долгие годы считался не просто руководителем Офиса президента, но вторым центром власти в Украине, оказалась не политическим жестом, а вынужденной капитуляцией. История его ухода — это не про «утрату доверия Зеленского», а про обвал целой системы, построенной на личных договоренностях, кулуарных переговорах и политическом страхе.

Теперь страх сменился атакой — и против Ермака выступили те, кто еще вчера называл его своим покровителем.

Падение фаворита: истерика, которую услышала вся власть

По данным «Украинской правды», финальная встреча Зеленского и Ермака закончилась не обсуждением, а истерикой. Тот самый человек, который годами демонстрировал абсолютную уверенность в своей неприкосновенности, «не верил до конца», что Зеленский способен его снять.

Источники из окружения президента говорят, что больше всего Ермака вывело не само решение, а то, как оно было озвучено — поставив перед фактом.

Это стало для него личным предательством: Президент, которого он считал собственным проектом, впервые вышел из тени его влияния.

Операция «Мидас»: скандал, который сжег защиту Ермака

Решающий удар нанесла операция НАБУ «Мидас» — масштабное расследование коррупционных схем, связанных с окружением Зеленского, в частности с бизнес-структурами Тимура Миндича.

Ермак сам «приложил руку» к своему увольнению — его реакция на скандал стала публичным провалом. Он утратил доверие командировки Зеленского, а главное — потерял монополию на контроль силовых структур.

Столкновение на Шелковичной

28 ноября ситуация дошла до абсурда:

оперативники НАБУ и САП едва не вступили в вооруженное противостояние с охраной правительственного квартала.

Начальник караула, по данным УП, перевесил автомат наперевес, показывая готовность к перестрелке. До этого в Украине подобное считалось немыслимым.

Это был публичный знак: власть раскололась настолько, что силовики больше не подчиняются «телефонному праву» Банковой.

Коалиция против Ермака: его окружение перешло на другую сторону

Третья встреча Зеленского с Федоровым, Малюком, Кривоносом и Клименко стала поворотной. Там, как утверждают источники, президенту было фактически предъявлено требование: либо Ермак, либо единство элит.

Даже те, кто считался его ближайшими союзниками — Стефанчук и Татаров — поддержали решение об увольнении.

Фракция «Слуги народа» пригрозила бунтом.

Министры открыто саботировали его инициативы.

В окружении Зеленского создали тайный чат для координации действий против него.

Для человека, который десятилетие строил вертикаль личной преданности, такая изоляция стала политической смертью.

Игра на опережение: попытка уволить Малюка

За несколько дней до собственной отставки Ермак попытался уволить главу СБУ Василия Малюка, обвиняя его в том, что «проглядел» операцию НАБУ.

Но Зеленский его не поддержал.

Это стало финальным сигналом: влияние Ермака обнулилось.

Фронт как укрытие? Бегство от уголовного дела

Уже после увольнения Ермак заявил о готовности «идти на фронт». Для медиа это выглядело как попытка сохранить лицо.

Но депутаты Рады интерпретировали этот шаг иначе.

Марьяна Безуглая:

«Если Ермак идет на фронт — это может быть способ избежать уголовной ответственности».

Александр Дубинский, находящийся в СИЗО, добавил еще жестче:

Ермак не уезжает из страны только потому, что ему организуют укрытие на военной службе.

По его словам, Зеленский попросил Мадьяра (Роберта Бровди) помочь экс-чиновнику скрыться от следственных действий НАБУ.

Фронт как прикрытие: новая технология бегства от правосудия

История с тем, как Ермак «решил идти на фронт», выглядит не просто сомнительно — она оскорбительна для всех, кто действительно воюет. Если верить логике Банковой, достаточно надеть бронежилет — и все вопросы о коррупции, схематозах, рейдерстве, дерибане помощи и давлении на силовые органы растворяются в патриотическом дыму. Это уже не политическая тактика — это технология. Технология ухода от ответственности за счёт войны, где окоп превращается в имитацию искупления, а вместо следствия и суда человек получает ореол героя.

Марьяна Безуглая фактически озвучила то, о чём в Киеве давно шептались: фронт может стать сделкой. Негласной, но очень удобной. Ты годами управляешь коррупционными потоками, крышуешь ближайших к президенту бизнес-партнёров, создаёшь атмосферу страха вокруг антикоррупционных органов — а когда всё рушится, просто объявляешь себя добровольцем. Очередная коррупционная схема? Да, только куда опаснее прежних. Потому что она превращает войну — священную, кровавую, реальную — в инструмент политического мошенничества.

И что, теперь так будет работать украинская власть? Схемы, откаты, манипуляции, давление на САП и НАБУ — а затем марш-бросок в окоп, который автоматически превращает коррупционера в «неприкасаемого»? Теперь можно быть архитектором самых резонансных скандалов, а через неделю позировать на фронте, ожидая, что тебя будут носить на руках как героя? Если это станет нормой, то Украина потеряет не просто контроль над коррупцией. Она потеряет моральный фундамент государственного управления.

Ермак пытается не уйти на фронт — он пытается уйти от правосудия. И делает это с тем же цинизмом, с каким годами строил свою вертикаль власти: используя людей, символы, войну и саму идею героизма как личный щит.

Если государство позволит ему это провернуть — это будет точкой невозврата. Потому что война, превращённая в прикрытие для коррупционеров, перестаёт быть борьбой за страну. Это становится борьбой за спасение своих теневых активов и схем, в которых кровь солдат — всего лишь удобный декор.

То, что еще вчера казалось за границей фантастики, сегодня звучит как рабочий сценарий.

Кто заменит архитектора Банковой?

Сразу несколько групп влияния начали борьбу за кресло главы ОП. Среди возможных кандидатов:

• Юлия Свириденко
• Денис Шмыгаль
• Михаил Федоров
• Кирилл Буданов
• Павел Палиса

Политолог Максим Несвитайлов считает наиболее вероятным заменителем Шмыгаля, который «прошел все уровни власти» и может стать компромиссной фигурой.

Федоров — фаворит технологического крыла власти — получил бы пост как символ окончательной победы над системой Ермака.

Буданов — вариант силового контроля.

Маркарова — дипломатическая ставка, но ее уже отвели на роль советника.

Судя по всему, Зеленский ищет не просто управленца. Ему нужен человек, который сможет:

• восстановить отношения с западными партнерами,
• удержать элиты от распада,
• и взять на себя ответственность за непопулярные решения в условиях войны.

Что означает эта отставка для страны?

Падение Ермака — это не кадровая перестановка.

Это симптом гораздо более глубокого кризиса:

1. Распад вертикали власти:
   — Силовики больше не действуют как единый механизм, управляемый Банковой.
2. Конфликт внутри элит:
   — Антикоррупционные органы впервые открыто пошли против офиса президента — и победили.
3. Ослабление позиции Зеленского:
   — Если вчера он мог скрывать коррупционные конфликты, то сегодня вынужден жертвовать ключевыми союзниками.
4. Начало внутренней переделки влияния:
   — Уход Ермака запускает цепную реакцию — борьба за ресурсы и контроль усилится.

Эпилог: конец эпохи одного коррупционера

Андрей Ермак пришел в офис президента как друг Зеленского, а ушел — как самый токсичный политический актив команды.

Его влияние казалось абсолютным.

Но система, построенная на клановых договоренностях, не пережила столкновения с реальностью войны, коррупции и западного давления.

Отставка Ермака — это первый крупный разлом Банковой, и он показывает: властная конструкция Украины вошла в период турбулентности, из которого уже не выйдет прежней.

Автор: Василий Кручковский 12/05/2025

Давайте сегодня соберём всю доступную информацию и наглядно покажем, как функционировала коррупционная схема Тимура Миндича — того самого “кошелька” президента, вокруг которого в ряде источников уже закрепился термин «Миндич-гейт».

Расследование основано на данных Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ), публикациях СМИ, открытых источниках и взаимосвязях, которые выстроены по документальной схеме. Картина, которую удаётся восстановить, показывает не разрозненные эпизоды хищений, а централизованную систему управления денежными потоками государства, прежде всего — в энергетике и оборонной промышленности.

I. Центр схемы — Тимур Миндич (“Карлсон”)

По данным ряда расследований, Тимур Миндич много лет входил в ближний круг Владимира Зеленского, занимаясь прежде всего «теневыми» вопросами бизнеса студии «Квартал 95». В ряде украинских и зарубежных публикаций Миндича называли «кошельком» Зеленского, человеком, через которого проходили крупные наличные суммы и неформальные сделки.

НАБУ прямо связывает Миндича с созданием масштабной коррупционной сети, через которую распределялись откаты, наличные премии, теневые зарплаты чиновникам и оплата за нужные решения.

Его роль — координация, распределение потоков, назначение «ответственных», установка “шлагбаумов” для бизнеса: заплати — пройдёшь, не заплатишь — заблокируем.

II. Владимир Зеленский — политический зонтик схемы

Формально президент не фигурирует в уголовных делах как организатор, на данный момент. Однако по материалам журналистов, ряду расследований и логике происходящего, коррупционная сеть работала под политическим прикрытием, поскольку многие её участники — министры, главы госкомпаний и доверенные лица власти.

Публичные данные НАБУ указывают, что операции Миндича шли параллельно с решениями высших органов власти. И каждый участник в схеме — это человек, назначенный или допущенный к работе лично Зеленским или руководством его офиса.

Таким образом, Зеленский мог и не быть архитектором схемы, но без его молчаливого согласия она не могла бы существовать.

III. Андрей Ермак (Алли-Баба) — главный координатор Офиса Президента (ОП)

Глава Офиса президента, по данным источников, знал о коррупционных схемах Миндича и поддерживал с ним постоянную связь. НАБУ указывало, что именно через структуру СБУ осуществлялось давление на отдельных следователей, которые продвигались к фигурантам.

По версии ряда медиа, Ермак пытался остановить расследование, используя административный ресурс, Службу Безопасности Украины и другие рычаги давления.

IV. Александр Цукерман (Шугармен) — соорганизатор схемы

Известный бизнесмен, в открытых источниках фигурирует как связующее звено Миндича с частью энергетического и финансового сектора.

В расследованиях его называют человеком, через которого проходили коммерческие откаты, договорённости о поставках, а также распределялись проценты между участниками схемы.

V. Рустем Умеров — министр и глава Совета национальной безопасности и обороны Украины (СНБО), “контракт на бронежилеты”

По информации ряда медиа, в период руководства Минобороны Умеров по указанию Миндича заключил контракт на поставку некачественных бронежилетов. НАБУ фиксировало нарушения в закупках, но расследование затягивалось.

Формальная роль Умерова в схеме — укрепление позиций Миндича в оборонке.

VI. Игорь Фурсенко (Решик) — бухгалтер схемы

Администратор компании Fire Point. По данным источников, занимался легализацией средств, распределением долей, созданием так называемого “бэк-офиса”.

Через него проходили тёмные платежи, в том числе — выплаты наличными ряду чиновников.

VII. Сергей Пушкарь (Реформатор) — “зарплата за закрытие вопроса”

Член Нацкомиссии, регулирующей энергетику. По данным ряда материалов, получал 20 000 долларов в месяц от Миндича за то, чтобы “вопросы” с тарифами, поставками и проверками закрывались.

Его роль — регуляторное прикрытие.

VIII. Герман Галущенко (Профессор) — экс министр энергетики, Вице-президент «Энергоатома», министром юстиции с 17 июля 2025

По материалам украинских источников, получал наличные из «теневой кассы» Миндича. Именно Галущенко должен был гарантировать, что решения Минэнерго будут соответствовать интересам схемы, а не рынка или государства.

IX. Светлана Гринчук — новый министр энергетики

После ухода Галущенко именно Гринчук, по данным открытых публикаций, стала человеком, который “закрывал глаза” на то, что происходило в отрасли, фактически обеспечивая непрерывность схемы.

Её роль — сохранение статус-кво.

X. Алексей Чернышов (Че Гевара) — глава «Нафтогаза», вице-президент «Энергоатома», Экс-вице-премьер

Ключевая фигура на финансовых потоках энергетического сектора. В СМИ неоднократно указывалось на его родственные и дружеские связи с семьёй Зеленских (его называют кумом Елены Зеленской). Чернышов курировал многомиллиардные обороты газа, тепловой генерации, инфраструктурных закупок.

Он также строил коттедж в Испании, в провинции Малага (район Марбелья), а так же «Дома в Козине» — коттеджного городка под Киевом, для себя, Ермака и Зеленского. По скромной оценке стоимость коттеджного городка около 10 млн долларов — эта информация упоминалась в ряде журналистских расследований.

XI. Дмитрий Басов (Тенор) — блокирование выплат конкурентам «Энергоатома»

Басов, бывший исполнительный директор по физической защите и безопасности «Энергоатома», занимался тем, что блокировал выплаты компаниям, которые не входили в орбиту Миндича.

Если фирма не платила откаты — её контракты замораживались или признавались “небезопасными”.

XII. Людмила Смилянец (ДЭФ) — финансовый связной

Директор по финансам и бюджетированию «Энергоатома». Смилянец помогала Басову проводить выплаты “правильным” подрядчикам, а также координировала обратные денежные потоки — откаты, премии и теневые вознаграждения.

“ДЭФ” — от слова “defense” (оборона, защита) — используется как нейтральная метка для чиновника, который контролирует “защищённые” платежи.

XIII. Игорь Миронюк (Рокет) — доверенное лицо Миндича

Экс-советник министра энергетики. По данным украинских публикаций, вместе с Басовым контролировал все закупки и кадровые решения в «Энергоатоме».

Его роль — гарантия того, что каждая сделка проходит через «шлагбаум» Миндича.

Как работала схема «Шлагбаум»

По реконструкции событий, общая логика выглядела так:

1. Миндич определял, какие финансовые потоки контролирует схема. В первую очередь энергетика и оборонные закупки.

2. Через Цукермана и Фурсенко организовывались тёмные кассы и “бэк-офис”.

3. Через Галущенко, Гринчук, Чернышова и Пушкаря обеспечивалось административное сопровождение.

4. Через Басова, Смилянец и Миронюка контролировались закупки и конкурсы «Энергоатома».

5. Ермак обеспечивал политическую защиту.

6. Зеленский — общий “зонтик”, при котором система существовала.

7. Деньги — откаты, премии, “благодарности” — возвращались к Миндичу и распределялись между участниками.

Почему схема получила название «Шлагбаум»

Потому что ни одно крупное решение в энергетике или оборонке не могло пройти, не заплатив “проездной” Миндичу.

Это был настоящий шлагбаум — хочешь контракт? Плати. Хочешь ускорить проверку? Плати. Хочешь остаться на должности? Плати. Всё — строго по вертикали.

Что известно сейчас?

НАБУ продолжает расследование, но фигурантов никто не спешит публично называть. Часть материалов указывает на попытки замять дело.

Если расследование будет выведено в публичную плоскость, «Миндич-гейт» рискует стать крупнейшим коррупционным скандалом эпохи Зеленского, сопоставимым с делами времён Порошенко с “Роттердам+” и приватизаций 2000-х времен Ющенко и Януковича.

Схема Миндича — это не бытовая коррупция.

Это централизованная система управления государственными ресурсами, выстроенная вокруг одного человека, но действующая благодаря десяткам высокопоставленных чиновников.

И вопрос сегодня звучит не “существовала ли схема?”, а: «Сможет ли украинская система правосудия довести “Миндич-гейт” до конца, или «шлагбаум» опустится снова — уже на самих следователей?»

Автор: Василий Кручковский 11/27/2025

Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ) и Специализированная антикоррупционная прокуратура (САП) 10 ноября 2025 года обнародовали, что раскрыли коррупционную схему в НАЭК «Энергоатом» — государственной компании, которая отвечает за атомную генерацию в Украине.  

Схема предусматривала откаты от контрактов в размере 10-15 %.  

При этом, по версии следствия, один из ключевых фигурантов — Тимур Миндич, бизнесмен, совладелец студии «Квартал-95», человек с близкими связями к самому президенту Зеленскому.  

По данным СМИ, сумма «украденного/откатаемого» ещё не зафиксирована окончательно, но независимые источники оценивают ущерб в «около 100 млн долларов» — это не окончательная цифра, а только начальная.  

В ответ парламент Верховная Рада Украины 19 ноября 2025 года проголосовал за увольнение двух министров: Герман Галущенко (министр юстиции) и Светлана Гринчук (министр энергетики).  

Удивительное отсутствие ответственности Премьер-министра Юлии Свириденко

На фоне увольнения двух министров — Германа Галущенко и Светланы Гринчук — поражает другое: новый премьер-министр Украины Юлия Свириденко, под руководством которой находились оба ведомства, не понесла и, похоже, не понесёт никакого политико-правового последствия.

И вот что важно с юридической точки зрения. В украинском праве действует принцип политической ответственности руководителя исполнительной власти:

премьер-министр несёт коллективную ответственность за деятельность Кабинета Министров, включая назначенных им министров, их кадровую политику, контроль за подведомственными органами и своевременную реакцию на нарушения.

То есть в рамках законодательства:

• именно премьер обязан обеспечить служебный контроль,

• именно премьер-министр несёт ответственность за неэффективное управление,

• именно премьер-министр отвечает за предотвращение коррупционных рисков внутри правительства.

Когда в двух её ведомствах подряд вскрывается схема с откатами порядка 100 млн долларов, а министры бегут в отставку под давлением следствия —

логичный юридический вопрос звучит так: где ответственность политического руководителя?

Я считаю что Юлия Свириденко должна была:

• либо подать в отставку по принципу политической ответственности,

• либо стать объектом проверки как лицо, которое не обеспечило контроль и допустило системную коррупцию у себя в Кабинете Министров. 

Но этого не произошло. Почему?

Свириденко избегает любых последствий — будто в её подчинении работали инопланетяне, а не министры, назначенные и курируемые ею лично.

Именно это и вызывает вопросы:

как так получилось, что в стране, где заявлена «нулевая толерантность к коррупции», ответственность наступила для всех, кроме того, кто по закону отвечает за работу правительства в целом?

Ответственности не понёс и бывший премьер-министр Денис Шмыгаль

Когда мы говорим о системной коррупции в энергетике и госзакупках за время войны — именно под руководством Дениса Шмыгаля действовала большая часть механизмов, которые сегодня всплыли.

Почему это важно заметить:

• С точки зрения хронологии: Шмыгаль был премьер-министром Украины с марта 2020 года до июля 2024 года.

• Именно в этот период, по аналитике экспертов, разворачивались масштабные коррупционные схемы на рынке энергетики, госзакупках и инфраструктуре, которые сейчас НАБУ описывает как системные.  

• Несмотря на это, Шмыгаль не привлекается к непосредственной ответственности и продолжает оставаться вне уголовных формальных преследований — хотя по логике ответственности руководителя правительства он должен понести вопрос «почему не заметил/не предотвратил».

Более того, вместо разбирательств над его действиями во время работы во главе Кабинета Министров, Шмыгаль был фактически “понижен” лишь формально — переведён в кресло министра обороны, что выглядит не как наказание, а как очень удобная эвакуация от политической ответственности.

Министерство обороны — это не ссылка, а одно из самых комфортных и финансово насыщенных ведомств в условиях войны, где концентрируются миллиарды на закупках, логистике и фортификациях. И если быть честными, такой «перевод» или « условное понижение» вызывает куда больше вопросов, чем ответов.

Стоит также напомнить и об Алексей Резников — бывшем министре обороны Украины, под руководством которого всплыли скандалы с завышением цен на продукты для солдат, закупкой и созданием оборонительных сооружений и многомиллиардным бюджетом на создание линий обороны, которые так и не были выполнены, а выделенные финансы бесследно исчезли.

При этом он не понёс наказания и был лишь отстранён от должности, без уголовного преследования, что создаёт опасный прецедент безответственности для высшего руководства.

Что это значит

Если в отношении действий действующего премьер-министра, экс-премьера и экс-министра обороны не наступает правовых последствий — это сигнал: либо антикоррупционная система недостаточно сильна, либо верхушка политической элиты защищена. И это усиливает ощущение, что коррупционные схемы работают не как побочный ущерб войны, а как встроенная часть всей коррупционной власти Украины.

Государство, которое воюет за выживание, не может позволить себе роскошь держать таких людей у бюджетной кормушки. Но практика показывает: пока не прилетает скандал уровня «Мидас», схема работает как часы. Сегодня всплыла энергетика — завтра очень логично ждать продолжения в:

• оборонной сфере (системном хищение средств в Министерстве обороны Украины, при государственных закупках беспилотных летательных аппаратов, артиллерийских снарядов, бронетехники и строительстве фортификационных сооружений),

• закупках медицины и гуманитарки,

• восстановлении инфраструктуры — дороги, мосты, тротуары, «великие стройки военного времени»,

• цифровых и IT-тендерах (кибербезопасность, е-услуги, «цифровая армия»),

• госзакупках для местных органов управления — от закупки генераторов до создание укрытий, модульных городков и оборонительных сооружений.

Остаётся надеяться, что НАБУ в скором времени доберётся и до оборонного сектора и других, чтобы проверить, насколько прозрачно ведутся закупки в министерствах, которое теперь возглавляет человек, при котором и возникла большая часть мошеннических схем в энергетике и инфраструктуре Украины. Но как всегда громкие уголовные и криминальные дела могут развалиться или затянуться, так как генеральный прокурор Украины — Руслан Кравченко, назначенный 17 июня 2025 года, а также Председатель Верховного Суда Украины — Станислав Кравченко, назначенный 26 мая 2023 года — близкие друзья и соратники президента Зеленского.

Автор: Василий Кручковский 11/20/2025

Пока значительная часть Украины сидит в темноте, Зеленский и его близкое окружение посадили своих людей во главе основной энергетической компании Украины —  Энергоатома.

Эти представители занимались только и исключительно коррупцией. Об этом стало известно на прошлой неделе, после того, как на предприятии прошли обыски.

Руководила преступная группировка Тимура Миндича — давний друг Зеленского и бизнес партнер.

Мешки, пакеты с наличными, евро, гривны, банковские упаковки долларов – все это нашли в ходе обысков у Тимура Миндича, бизнесмена, очень близкого к украинскому президенту.

Миндича часто называют «кошельком Зеленского». Но самого Миндича задержать не удалось. За пару часов до визита на Буэсап он выехал из страны.

Национальное антикоррупционное бюро Украины проводят операцию МИДАС: 15 месяцев работы, более 70 обысков, вовлечены все детективы Национального бюро, тысячи часов аудиозаписей.

Раскрыта высокоуровневая преступная организация в сфере энергетики и обороны. Коррупция в энергетике, хищение средств, незаконное обогащение.

Утверждают, фактически, энергоатомом управляла организованная преступная группировка (ОПГ) во главе с Миндичем.

НАБУ несколько дней публикует записи прослушки. Все фигуранты были под кодовыми именами. Миндич — “Карлсон”, э бывший замруководитель фонда госимущества Игорь Миронюк — “Рокета”, исполнительного директора по безопасности компании Дмитрия Басова — “Тенер”, а также экс-министра энергетики, а сейчас министра юстиции, Галущенко — “Профессор”. Именно об раскрытии содержания этих пленок так настойчиво просила редакция oneukraine.net.

Помимо того, что отмывали деньги, все они не хотели строить защитные сооружения. И все они получали откаты 10-15% от стоимости контрактов энергоатома. НАБУ разрабатывали Миндича и его окружение очень давно. И в это время к нему домой частенько захаживал сам Зеленский. Миндич приглашал “элиты украинской политики” к себе домой, в квартиру на Грушевского 9, где, по данным правоохранительных органов, летом этого года были обнаружены прослушивающие устройства. Зеленским и его окружением, коррумпированными было принято решение минимизировать риски и дискомфорт от этих органов. Именно тогда Зеленский почувствовал, что может попасть под удар. Зеленский пытался протащить закон № 12414 о подчинении себе НАБУ, с помощью «ручного» генерального прокурора, но ничего не вышло. Мгновенная реакция небезразличных граждан в виде «Картонного майдана», а так же давление иностранных партнеров заставили Зеленского «сдать назад». Я опубликовал серию материалов о том, что антикоррупционные органы подошли вплотную к окружению президента и как сам Зеленский врал на FOX News, оправдываясь перед американским зрителем и доказывая что лично он и его партия в парламенте борются против коррупции. Но сейчас весь мир узнает правду о коррумпированных мотивах президента Украины. Как говорится в поговорке: «Не можешь победить- возглавь» — именно этим всё это время занимался президент Украины со своими друзьями.

НАБУ и САП остались якобы независимыми и сейчас показывают, что для них неприкасаемых нет. Не спасут ни связи, ни министерские портфели, ни спецслужбы ни личная охрана — они показывают, что могут взять и посадить в тюрьму кого угодно.

Зеленский дает сомнительные интервью, утверждая что он лоялен к народу и готов сотрудничать и бороться с коррупционерами. Но на самом деле ни о какой борьбе с коррупцией речи совершенно не идет. Миндича, видимо, подружески предупредили, чтобы успел уехать из страны. И за два часа до начала обысков в его квартире, Миндич пересек границу.

Пока все расследование больше напоминает медиакомпанию по раскрытию правды украинскому народу и подрыву имиджа украинского президента и верхушки власти, и главный актер продолжения «Слуги Народа» — все тот же Зеленский.

Суть схемы — как обычно, гениально проста

• Купили дешёвые энергоузлы через фирмы-прокладки.

• Продали государству втридорога.

• Разницу — осели в правильных карманах.

Пока люди взрывают комментарии фразами «мы без света, без тепла, без зарядки, а они…», НАБУ входит в двери к тем, кто решил, что война — идеальное время для бизнеса. И да — речь уже не идёт о сотнях тысяч, как мы привыкли, речь идет о миллионах и миллиардах из государственного бюджета, кредитных денег и помощи союзников.

Речь идёт о деньгах, исчезавших из энергетического сектора, который сейчас держится на волоске и помощи волонтёров и инженеров, работающих по 20 часов в сутки.

Почему это шокирует больше обычного?

Потому что это — удары по самой больной точке страны во время войны. Потому что коррупция на энергетике сейчас — это не просто хищение. Это диверсия. А если будет проведено детальное расследование — возможно украинцы добьются обвинения в государственной измене и импичмент коррупционного президента, офиса президента и всего кабинета министров. 

Речь идёт о многомиллионных хищениях, в том числе на строительстве защитных укрытий для энергетических объектов. При этом, напомню, отсутствие такой защиты, Зеленский, буквально недавно публично возложил на арестованного по липовому делу и недавно отстранённого Кудрицкого, бывшего главу «Укренерго». Утверждая, именно он «не обеспечил безопасность». А как он мог чтото сделать когда деньги выделенные на те самые системы защиты электростанций разворовывали на лету и растаскивали по карманам самые близкие друзья президента и министры, утвержденные тем же офисом президента на должности. 

Что нашли и публикуют НАБУ? — Цифры, от которых перехватывает дыхание.

По данным следствия:

• наличность в долларах — свыше 2 миллионов, разложенных по коробкам из-под бытовой техники;

• «заначки» в евро и гривне — ориентировочно ещё на 15 миллионов гривен в эквиваленте;

• элитные часы, коллекции украшений, документы на недвижимость, купленную через подставные фирмы;

• флешки с отчётами энергетических предприятий, где суммы «откатов» выглядят как бюджет маленького европейского государства.

На одной из записей слышно как «Рокет» и «Тенор» обсуждают будущий проект на 4 миллиарда гривен, по защите трансформаторных подстанций АТ-2 и АТ-330. Они жалуются, что по предыдущему контракту на сумму 3 миллиарда гривен — они получили всего 90 миллионов.

ВЫВОД

Коррупционный скандал вокруг «Энергоатома» стал самым громким ударом по украинской власти за многие годы. Следствие НАБУ и САП вскрыло систему, которую детективы сами называют организованной группировкой: миллионы наличных, откаты, схемы с контрактами, прослушка, бегство фигурантов — всё это говорит о том, что речь идёт не о рядовом эпизоде, а о глубоко укоренившейся модели управления.

И именно это — главный политический вывод.

На фоне войны, энергокризиса и постоянных отключений украинцы услышали, что ключевые должности в стратегической энергетической компании занимали люди, близкие к узкому кругу президента. Среди них — бизнесмен Тимур Миндич, которого в публичном пространстве давно называют другом и доверенным партнёром Владимира Зеленского. Именно его, по версии следствия, детективы считают центральной фигурой схемы. И именно его, по странному совпадению, предупредили, после чего он покинул страну за два часа до начала обысков.

Для власти это — момент истины.

Если следствие подтвердит фактическое влияние друзей президента на управление государственными активами, это поставит под сомнение заявления Зеленского о «нулевой терпимости к коррупции». А если выяснится, что схемы работали даже во время войны, это станет прямым обвинением в политической ответственности — не только окружения президента, но и всей вертикали власти, которая закрывала глаза или делала вид, что не видит происходящего.

Автор: Василий Кручковский 11/15/2025

В начале октября 2025 года в подкасте Danny Jones Podcast американская конгрессвумен Анна Паулина Луна — представитель Республиканской партии от штата Флорида — сделала заявление, которое вызвало широкий резонанс. В ходе обсуждения «чёрных бюджетов» Пентагона и проблем правительственного контроля за расходами средств Анна Паулина Луна произнесла фразу, которая быстро разошлась по социальным сетям и вызвала бурную реакцию:

«Apparently, Zelensky is like wiring 50 million dollars a month to some Saudi bank. That’s weird. 50 million USD.»

(Перевод: «Похоже, Зеленский переводит по 50 миллионов долларов в месяц на какой-то саудовский банк. Это странно. 50 миллионов долларов США.»)

Кто такая Анна Паулина Луна

Анна Паулина Луна родилась в 1989 году и стала членом Палаты представителей США в 2023 году. Она входит в число молодых, но наиболее заметных фигур республиканского крыла Конгресса, известна жёсткой антикоррупционной риторикой и открытой критикой госструктур, включая ФБР, ЦРУ и Министерство обороны.

За сравнительно короткое время пребывания в политике Луна получила репутацию человека, склонного к прямым и нередко провокационным высказываниям. При этом она неоднократно подчёркивала, что опирается на данные, полученные в рамках конгрессовских брифингов и собственных запросов к федеральным ведомствам. Репутация Анны Паулина Луна — прямолинейный политик, не боящийся публично озвучивать неудобные темы.

Контекст высказывания

Слова о Зеленском прозвучали в контексте разговора о финансовой непрозрачности американского оборонного бюджета, не как основная тема интервью. До этого Луна обсуждала с ведущим проблемы «black budgets» — секретных программ, финансируемых без парламентского надзора, и недостаточную прозрачность отчётности Пентагона.

Фраза о переводах в Саудовскую Аравию была вставлена как пример возможных сомнительных финансовых потоков в международной политике, без уточнений и доказательств. После этого Луна быстро вернулась к теме американского контроля над секретными проектами и роли Конгресса в обеспечении прозрачности госрасходов. Видимо время для полного разбора честности Украинского президента и властей ещё не пришло.

Реакция и значение

Примечательно, что украинские СМИ практически проигнорировали заявление Анны Паулины Луны — о нём не было опубликовано ни одного официального комментария или опровержения со стороны Владимира Зеленского и его офиса. Такая тишина объяснима: обсуждать подобные темы в украинском медиапространстве сегодня равносильно публичной дискредитации верховного главнокомандующего, что в условиях военного положения строго карается по законам Украины. Поэтому, даже если в кулуарах кто-то и задаётся вопросами, в публичном поле царит полное молчание — а молчание это тоже.

Несмотря на то, что Луна не представила никаких документов или подтверждений, сам факт подобного утверждения из уст действующего члена Конгресса стал заметным сигналом. В американской политической культуре подобные фразы, даже сказанные в частной беседе или подкасте, воспринимаются как индикатор внутреннего недоверия к механизму международной помощи — особенно Украине, которая получает крупнейшие объёмы военной и финансовой поддержки со стороны США и союзников по НАТО.

Сам факт того, что подобное заявление прозвучало от человека с доступом к закрытой информации, показывает масштабы коррупции в Киеве и о том, насколько не “прозрачно” распределяются средства, поступающие на поддержку Украины и в каких масштабах украинская армия не дополучает помощь которая, скажем прямо, разворовывают на самом верху на Банковой.

Мнение редакции OneUkraine.net

Мы уже не раз слышали в международных СМИ сообщения о том, что оружие, предназначенное для Украины и поставляемое Соединёнными Штатами и странами НАТО, всплывало на чёрных рынках других регионов мира.

По моему собственному убеждению, именно этот фактор является одной из причин, из-за которой украинские военные недополучают необходимую военную и финансовую помощь.

Западные правительства, имея опыт взаимодействия с украинскими структурами, всё чаще понимают: значительная часть выделенной поддержки оседает в коррупционных схемах и теневых операциях, а не на передовой.

Сегодня всё меньше стран готовы «бросать деньги на ветер» — особенно когда речь идёт о миллиардах долларов налогоплательщиков, которые должны спасать жизни, а не исчезать в карманах чиновников.

Похоже, что даже человек, за которого когда-то проголосовали 73% украинцев, не устоял перед соблазном огромных финансовых потоков, хлынувших в Украину из западных стран.

Из этого напрашивается очевидный вывод: пока длится война — идёт и поток денег, а значит, у тех, кто научился им управлять “течением денежных рек”, нет мотивации спешить с завершением войны.

Когда «денежная река» иссякнет, исчезнет и источник личного обогащения.

И к огромному сожалению, для большинства представителей власти в Украине, включая даже президента Зеленского, война превратилась из трагедии народа в надёжный способ личной наживы.

Автор: Василий Кручковский 10/12/2025