Актуальное

С начала российского вторжения украинские суды вынесли 334 приговора по обвинениям в госизмене, сепаратизме и коллаборационизме.

Об этом пишет журналист Владимир Золкин, который собирает данные и интервьюирует пленных российских военных.

• 64 приговора за государственную измену (ст. 111 УК) — средний срок 12–15 лет.

• 75 приговоров за сепаратизм (ст. 110 УК) — часто это жители «ЛДНР», получившие 12–13 лет.

• 19 приговоров за корректировку огня (ст. 114 УК) — до 17 лет заключения.

• 75 приговоров за коллаборационизм (ст. 111-1 УК) — около 10 лет тюрьмы + 10 лет запрета на госслужбу.

• 101 приговор за «оправдание агрессии РФ» и «пропаганду русского мира» (ст. 436 УК) — в основном условные сроки.

Ранее власти предупреждали украинцев об уголовной ответственности за участие в организованных РФ «референдумах»

А Алексей Арестович открыто заявил: украинцы, получившие российские паспорта во время оккупации, будут преследоваться уголовно.

Когда “мнение” превращается в преступление

Безусловно: действия, которые ставят под угрозу жизнь украинских военнослужащих или мирного населения, должны жёстко караться. А граждане, фактически сотрудничавшие с оккупантами или занимавшиеся коллаборационной деятельностью, должны нести законом предусмотренную ответственность.

Но одновременно десятки дел строятся не на диверсиях и предательстве, а на словах, эмоциях, бытовой неосторожности или подростковом “хайпе” в социальных сетях.

Сегодня в Украине можно получить реальный срок — не за “выстрел”, а за “комментарий”.

Несколько показательных дел:

1. Одесса.

Местного жителя Анатолия Мищенко суд признал виновным за публикации в соцсетях, где он критиковал элиты и писал, что «Россия может навести порядок».

Вместо тюрьмы — испытательный срок и обязанность прочитать две книги по истории Украины. Судья: Виктор Попревич.

2. Черкассы.

Жительница Татьяна Дробот получила 10 лет за пересланные сестре фотографии укреплений в центре города.

Следствие решило, что это — помощь врагу. Женщина признала вину, но это не спасло её от колонии.

3. Одесса.

Работник зоопарка Владимир Устинов опубликовал пост: «Одесса, вставай! Давайте свергнем гидру Киевской власти наркоманов!»

После раскаяния в содеянном, результат — 5 лет условно, с испытательным сроком на 3 года и обязательство прочитать украинских классиков.

4. Видео “прилётов”.

Сегодня десятки украинцев становятся фигурантами уголовных дел за публикацию в соцсетях кадров последствий российских обстрелов. Один из показательных случаев: мужчина снял падение дронов-камикадзе и переслал близким друзьям. Видео попало в сеть, после чего Служба Безопасности Украины (СБУ) заявила, что кадры «использованы врагом». По заявлениям СБУ: «это видео использовали российские пропагандистские Средства Массовой Информации для проведения специальных информационно психологических операций против Украины». И теперь мужчине, которого вы можете увидеть на официальных оперативных съемках, грозит до 12 лет по статье 114-2. Простая ошибка — реальный срок.

5. Обобщённые случаи.

Суды регулярно выносят приговоры женщинам и мужчинам за «оправдание агрессии» и «пророссийские посты» — даже в личных чатах, а также за высказывания в различных социальных сетях.

Как закон превращается в кнут

24 марта 2022 года Верховная Рада приняла закон № 7189, добавив в Уголовный кодекс статью114-2. Теперь любая публикация, касающаяся перемещения войск или оружия, даже если это разрушения после удара, может рассматриваться как «несанкционированное распространение информации». За это предусмотрено —

• от 3 до 5 лет лишения свободы,

• или от 8 до 12 лет, если «по предварительному сговору» либо «с целью передачи врагу».

Но кто определяет, где граница между осознанным вредом и обычной человеческой реакцией?

Ответ прост: следствие и суд — те же органы, которые давно служат политическому страху, а не праву в Украине.

Когда Конституция становится бумажкой

Тысячи украинцев не осведомлены, насколько суровы эти нормы. Многие узнают о них уже после обыска или повестки. Свобода слова, свобода мысли, свобода журналистской деятельности — всё это в 2022-м превращается в привилегию для избранных. Любой пост может стать уликой, любая фотография — «пособничеством». Власть оправдывает всё войной. Но война не даёт права отменять Украинскую Конституцию. Свобода слова и неприкосновенность личности — это не роскошь мирного времени, а фундамент государства.

Вывод

Заявление, озвученное устами Алексея Арестовича от имени украинской власти о том, что украинцы, получившие российские паспорта на оккупированных территориях, будут преследоваться, — это циничная попытка переложить ответственность власти на тех, кого она сама бросила. Киев знал о надвигающемся вторжении — об этом предупреждали разведки Запада, и лично президент США, — но вместо подготовки Зеленский многократно уверял, что войны не будет. В итоге Запорожская, Херсонская и другие области остались без защиты, тысячи людей оказались в оккупации без возможности эвакуации. Теперь в отношении тех украинцев, кто просто пытался выжить, власть собирается открывать криминальные дела и объявляет их предателями, хотя настоящим предательством было оставить этих граждан на произвол судьбы.

Украинцы видят, как под лозунгом «борьбы с коллаборантами» Украина превращается в страну, где страх говорить громче, чем звук сирен. Законы, принятые «на коленке» и прикрытые словом «безопасность», убивают главный стержень нации — свободу граждан. 

Конституция Украины — это не бумага, а общественный договор, и любая власть, нарушающая его, становится такой же преступной, как тот, с кем она воюет. И война не оправдывает репрессии против собственного народа.

Автор: Василий Кручковский 11/29/2022

Недавно Служба безопасности Украины (СБУ) задерживает Вячеслава Богуслаева — многолетнего руководителя и миноритарного акционера предприятия «Мотор-Сич», ключевого производителя авиационных газотурбинных двигателей. Ему инкриминируют сотрудничество с агрессором и поставки комплектующих, которые могут использоваться в боевой технике России; суд помещает фигуранта под стражу.
Эта новость — не только криминальная хроника: это симптом системных провалов, где ответственность путают с популизмом, а вопросы национальной безопасности — с политическими интересами. 
В Запорожье СБУ задержала президента завода «Мотор-Сич» Вячеслава Богуслаева, которого обвиняют в коллаборационизме и пособничестве государству-агрессору. По версии следствия, через сеть иностранных посредников предприятие поставляло комплектующие для российских вертолётов, формально оформляя их как гражданскую продукцию. Суд арестовал 83-летнего Богуслаева без права залога, а опубликованные перехваты разговоров стали основным доказательством обвинения.

АО «Мотор-Сич» — стратегическое предприятие, производящее авиационные газотурбинные двигатели. Миноритарным акционером компании является бывший депутат Вячеслав Богуслаев. Корпорация имеет доли в двух российских компаниях, зарегистрированных в Москве, что давно вызывало вопросы к прозрачности её внешнеэкономических операций.

Ситуация стала возможной на фоне многолетней борьбы за контроль над заводом. После того как китайская компания Skyrizon попыталась выкупить контрольный пакет, украинские власти заблокировали сделку, арестовали акции и в итоге объявили о национализации предприятия. Этот затянувшийся правовой хаос создал условия для серых схем, коррупционных интересов и безответственности среди чиновников и менеджмента.

 Маршруты и посредники

Версия СБУ и международных изданий: детали для российских вертолётов уходят не «напрямую из Запорожья в Москву», а через компании в Европе, на Ближнем Востоке и в Юго-Восточной Азии. Такая логистика шифрует происхождение товара, разрывает цепочку «производитель—конечный пользователь» и формально прикрывается «гражданскими» назначениями. Если эти факты подтвердятся судом, речь о сознательном обходе экспортного контроля в интересах врага.  

Ниже — разбор дела, логики, рисков и, главное, того, почему «Мотор-Сич» превращается в зеркальную проверку украинского управления оборонным сектором.

1) Что известно по делу — факты, которые нельзя игнорировать

Служба Безопасности Украины (СБУ) подтвердила задержание Богуслаева и ещё одного руководителя ВЭД компании в конце октября 2022 года. Следствие связывает их действия с предполагаемыми схемами поставок комплектующих, которые могли попасть в интересах российской военной машины. Материалы суда, перехваты и другие данные — предмет следствия и публикаций международных изданий.  

История «Мотор-Сич» как объекта геополитической борьбы тянется годами: китайские инвестиции (Skyrizon) в 2016–2020-х, арест акции, вмешательство государственных регуляторов, попытки национализации и постоянное «подвешенное» состояние собственности сделали предприятие ареной для внешних игроков и внутренних интересов. Этот «перевод прав» создаёт пустоту ответственности и технологические «дырки» в управлении.  

2) Почему именно сейчас — и кто на самом деле отвечает?

Вот ключевая коллизия: государство формально берет под контроль стратегический актив, аргументируя это соображениями национальной безопасности, но в тот же момент не выстраивает прозрачные механизмы контроля, аудита и экспортного комплаенса. Результат — коррупция, уязвимость к «серым» маршрутам, посредникам и международным схемам перепродаж.  

Этот несоответствующий баланс ответственности имеет несколько уровней:

• Менеджмент предприятия. Если доказаны факты поставок через посредников — вина менеджмента очевидна. Но менеджмент действует в условиях, созданных политикой государства и “наставлений свыше”.

• Регуляторы и силовые ведомства. Почему разрешения/запреты и контроль над экспортом были дробными, ситуативными и политизированными? Почему актив оставался в «правовом лимбо» столь долго?

• Политики и лоббисты. Борьба за контроль над «Мотор-Сичью» годами превращалась в политическую шахматы, где интересы мафии, олигархов, бизнес-групп и внешних инвесторов пересекались с государственными решениями — без прозрачного общественного надзора.  

Иными словами: если менеджмент «сколько-то сделал», он не мог действовать в информационном вакууме — решения о национализации, арестах акций и «секьюритизации» актива принимались или блокировались на уровне государственных органов. Следовательно, предъявлять претензии только к одному человеку — значит играть в «личностные распятыя», а не лечить системную болезнь.

3) Маршруты риска: как экскурс в цепочки поставок показывает проблему

По версии следствия и журналистских расследований, прямые поставки в РФ были упрощены системой промежуточных компаний в Европе, на Ближнем Востоке и в юго-восточной Азии — формально «гражданское» назначение, фактически — сопутствующая военной логистике. Такие схемы возможны, когда отсутствует единая, публичная и форензически проверяемая система экспортного контроля и конечного пользователя.  

Кроме того, международные примеры (и разбирательства в США и ЕС по цепочкам деталей, которые через третьи страны попадали в Россию) показывают, что режимы санкций и контроля легко обходятся, если нет мониторинга на уровне цепочки поставок и четких юридических санкций для посредников. Это глобальная проблема, но в случае «Мотор-Сич» у неё есть локальная «вина» — длительная неопределённость правового статуса предприятия.  

4) Политическая линия: национализация, геополитический интерес и внутренние провалы

Оглядываясь на 2014–2022 годы, видно: Украина пыталась одновременно отстоять стратегический актив от внешнего контроля и не допустить его попадания в руки «нежелательных инвесторов». Но политика национализации без прозрачного плана передачи управления и без международной координации лишь усугубила риск. Когда собственность «подвешена», возникает «серое пространство», где решения принимаются вне аудит-парадигмы и где коридоры для обходных поставок становятся реальными.  

Политический вывод прост: если национальная безопасность — аргумент национализации, то за ним должны следовать институциональные реформы: публичные аудиты, системный экспортный контроль, независимые форензик-расследования и персональная ответственность тех чиновников, которые годы «прикрывали» или не видели рисков.

5) Риски для фронта и общества — почему это касается каждого

Если украинские мощности действительно косвенно или прямо использовались для снабжения враждебной военной машины, это означает пряное поражение стратегической безопасности. Каждый двигатель — это жизни на фронте. Но обвинять только «старого директора» — значит не увидеть более глубокую картину: непрозрачные решения в АМКУ, неопределённость права собственности, отсутствие надёжного контроля экспортных цепочек.  

Важный аспект: политические игры вокруг ключевых активов отвлекают ресурсы от модернизации производства, форензик-проверок и внедрения систем контроля, которые могли бы предотвратить риски ещё до обвинений и скандалов.

6) Что нужно немедленно сделать — дорожная карта ответственности

Украине необходимо провести независимую проверку контрактов «Мотор-Сич», установить персональную ответственность не только руководства завода, но и высших чиновников, которые допустили нарушения, а также создать прозрачную систему контроля и отчетности в оборонной сфере. Без открытости, аудита и публичного разбора решений украинская власть не восстановит доверие общества и не сможет предотвратить новые коррупционные скандалы.

Заключение — не личность, а система

Дело Богуслаева — это тест на зрелость украинской государственности. Если Украина сведет его к «делу одного человека», украинские граждане проигрывают возможность исправить институциональные дефекты и коррупционную составляющую, выработанные годами. Если же украинское общество использует этот кейс как точку для системных реформ — это шанс закрыть проломы, которые ставят под угрозу не только экономику, но и жизнь солдат и офицеров на передовой.

Кейс «Мотор-Сич» демонстрирует: коррупция и непрозрачность в оборонной сфере — не частные грехи отдельных менеджеров. Это системный риск, который нужно лечить институционально, публично и без политической театрализации. Иначе следующий «стратегический актив» — и следующая цена для фронта — уже будут предрешены кем-то другим.  

Автор: Василий Кручковский 10/29/2022

30 сентября 2022 года Владимир Зеленский подписал указ, который на первый взгляд кажется просто юридическим актом. Однако по сути — это нечто куда большее. Указ от 30 сентября 2022 года, которым президент Украины, запретил себе и всем высшим должностным лицам вести переговоры с Владимиром Путиным, стал точкой невозврата. И возможно самой большой ошибкой в истории современной Украины, который отразится на несколько последующих поколений. Президент Зеленский не просто закрыл канал дипломатии — он зацементировал войну как единственный сценарий на ближайшее будущее.

С началом полномасштабного вторжения России в Украину 24 февраля 2022 года дипломатические связи между двумя странами оказались под угрозой. Однако в первые недели войны Украина всё же пыталась достичь мира через переговоры. Этот переговорный процесс так и не завершился соглашением, но указ Зеленского может предопределить судьбу миллионов украинцев на года вперед.

Давайте вспомним как все начиналось и пройдемся по ключевым событиям.

Ранним утром 24 февраля 2022 года российские войска вероломно пересекли границы Украины с севера, востока и юга. Вслед за этим начались массированные ракетные удары по украинским городам. Украина ввела военное положение и призвала международное сообщество к военном и санкционному ответу.

На фоне ожесточённых боёв Украина и Россия начали переговоры уже через несколько дней после вторжения, после серии неудачных попыток захватить Киев. Первый раунд переговоров состоялся уже 28 февраля 2022 года на территории Беларуси — в Гомельской области, недалеко от украинской границы.

В течение марта состоялось еще несколько раундов переговоров — как очных (в Беларуси и позже в Турции), так и в формате видеоконференций. Наиболее существенный прогресс был зафиксирован во время встречи в Стамбуле 29 марта 2022 года. Тогда украинская сторона предложила следующие тезисы:

• нейтральный статус Украины при гарантиях безопасности от стран-гарантов (включая США, Великобританию, Турцию, Францию и Китай),

• отказ от размещения иностранных баз и наступательного вооружения,

• вопрос Крыма и Донбасса — отдельный трек, предполагающий 15-летние консультации без военных действий.

Россия, в свою очередь, заявила о частичном выводе войск с Киевского направления, как “жест доброй воли” — таким образом Путина решили «отбелить» для российского телезрителя, но все в мире и тем более в Украине понимали, что план Путинского блицкрига провалился, и все пошло не по плану уже с первых часов террорестических атак на Украину, начиная с неудачных попыток захватить аэропорт в Гостоме, для быстрой переброске спецназа и захвата Киева, заканчивая застрявшими 50 киллометровыми каллонами техники, увязжими на узких дорогах, на подступах к Киеву и находившимися под постоянными обстрелами украинской артилерии.

И казалось что вот-вот, Россия осознает свою безпомощность и отступит назад,

Однако уже в апреле стало ясно, что процесс зашел в тупик. Причиной стали как массовые преступления российской армии в Буче и других пригородах Киева, так и принципиальные расхождения в понимании территориальной целостности Украины.

Запрет на переговоры: Указ Президента №679/2022 от 30 сентября 2022

И вот уже 30 сентября 2022 года, спустя несколько дней после того как Россия объявила аннексию четырёх украинских областей (Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской) и подписала соответствующие “договоры”, Владимир Зеленский издал Указ №679/2022, которым ввёл в действие решение Совета национальной безопасности и обороны Украины от 30 сентября 2022 года.

Согласно тексту указа: “Констатировать невозможность ведения переговоров с Президентом Российской Федерации В. Путиным.”

Таким образом, на уровне государственной политики Украина закрепила отказ от любых переговоров с действующим российским руководством — как моральную, так и юридическую позицию.

Значение и последствия

Этот шаг стал точкой невозврата в украинской дипломатии: от попыток диалога — к окончательному разрыву. Запрет ограничивет любые официальные контакты с Кремлём и фиксирует, что для начала переговоров Россия должна, по крайней мере, изменить свою политическую конструкцию, в том числе сменить руководство.

Таким образом, Украина заявила, что не пойдёт на компромиссы с агрессором, пока у власти остаётся Владимир Путин, а территориальная целостность страны не будет восстановлена.

Что это означает для Украины, когда президент запрещает себе закончить войну?

В XXI веке глава демократического государства, особенно в условиях войны, обязан прежде всего прибегать к дипломатическим инструментам. Президент, избранный народом и принявший присягу защищать граждан Украины, должен искать все возможные пути для прекращения кровопролития. Особенно если на кону — миллионы жизней и судьб.

Вместо этого мы наблюдаем обратное: глава государства сознательно блокирует любые попытки переговорного процесса, даже теоретические. Тем самым он отрезает себе и стране путь к возможному перемирию, компромиссу, паузе в боях. Сам себе. И всем, кто мог бы попытаться. Как такое понимать?

Цена затяжной войны

Украина держится. Украина отбилась. Украина не упала — и этим уже доказала свою силу и победу. Все западные аналитики предвещали крах Украины в ближайшие недели. Но Украина выстояла! Россия не смогла достичь ни одной ключевой цели за первые 72 часа войны, как обещала с экранов пропаганды. Украинский народ показал мужество и самоотверженность!

Но в этой стойкости кроется страшная цена. Тысячи солдат и мирных жителей уже не вернулись домой. И если политическое руководство страны не изменит курс, Украину ждут не тысячи, а новые сотни тысяч могил. Множество раненых. Множество сирот.

“Тысячи, десятки тысяч, а может и сотни тысяч украинских военных могут никогда больше не обнять своих матерей и детей” — разве ради этого не стоит снова сесть за стол переговоров?

Где слова, данные народу?

Владимир Зеленский в 2019 году обещал украинцам:

«Хоть с чёртом лысым готов договориться, лишь бы прекратить стрельбу» (интервью Дмитрию Гордону, 2019 год)

Сегодня эти слова — как пепел на ветру. Вместо мира — только огонь. Вместо диалога — указ о невозможности диалога. Почему риторика изменилась? Кому нужна эта затяжная война?

В январе 2022 года, несмотря на многочисленные предупреждения США и Великобритании о грядущем нападении, Зеленский публично уверял, что войны не будет:

«Паника — это хлеб для врага. Мы не должны бояться, мы должны быть готовыми. Весной будем жарить шашлыки!» (Заявление на брифинге, 19 января 2022)

И всё же — война началась. Почему граждан готовили к отдыху и пикникам, а не к эвакуации? Это была ошибка? Наивность? Или попытка сознательно усыпить общественное мнение?

Коррупция подорвала оборону

Не стоит забывать: Украина подошла к войне с подорванной системой обороны. На протяжении многих лет взрывались арсеналы боеприпасов — то «случайно», то по халатности. На металлолом были распилены стратегические бомбардировщики. За взятки продавались военные билеты. За взятки назначались чиновники всех уровней — в том числе и в армии. Затяжная война на Донбасе измотала украинское общество.

Война показала, насколько эта система была прогнившей. И при этом народ — не власть, не элиты — а именно народ — встал и защитил свою страну.

Нельзя разжигать этот костёр дальше

Украинцы уже доказали миру: Украина борется, Украина умеет держаться. Но разжигать этот костёр дальше — значит погубить собственное будущее. Ни одна победа не стоит миллионов загубленных жизней. Ни один указ не должен становиться символом беспомощности дипломатии.

Украинское общество — депутаты, министры, простые граждане — должны потребовать возвращения к здравому смыслу:

«Пусть лучше будет порвано 100 000 пачек бумаги прежде, чем будет подписано мирное соглашение, чем 100 000 украинских солдат больше никогда не вернутся домой!».

Время взрослой политики

Да, мирный процесс будет трудным. Будет жестким. Будет наполнен компромиссами и унизительными моментами. Но его просто необходимо востановить. И даже самый болезненный компромисс лучше, чем десятки тысяч свежих могил. История помнит не только победителей, но и тех, кто смог остановить войну.

«Мне жаль это осозновать и говорить, но складывается ощущение что история повторяется, и опять один человек, один президент, ставит крест на судьбах миллионов Украинцев».

Пора вспомнить, ради чего и под какими лозунгами избирался Зеленский. Пора не только воевать — пора думать, как жить дальше. И жить — значит говорить.

Автор: Василий Кручковский 10/02/2022