24 февраля — дата, которая уже навсегда вошла в европейскую историю.
22 июня 1941 года Германия начала операцию «Барбаросса».
24 февраля 2022 года Россия начала полномасштабное вторжение в Украину.
Разница между этими двумя войнами — не только в технологиях, но и в темпах.
Великая Отечественная война в первые месяцы стала примером классического блицкрига. Вермахт за считанные недели прошёл сотни километров:
— за 8 дней пал Минск;
— через месяц — Смоленск;
— к осени 1941 года немецкие войска стояли под Киевом и Ленинградом;
— к декабрю — у Москвы.
Фронт тогда двигался ежедневно. Города меняли власть за недели, а иногда — за дни.
Теперь посмотрим на войну в Украине.
За четыре года — от февраля 2022-го до февраля 2026-го — линия фронта остаётся почти неподвижной.
Россия заняла значительные территории в первые недели, но затем война превратилась в позиционную:
окопы, минные поля, артиллерийские дуэли, дроны-разведчики и штурмы посадок.
Фактически Европа наблюдает войну нового типа — не манёвренную, а изматывающую.
Это уже не танковые клинья Гудериана, а «мясные» штурмы укреплённых линий, где продвижение измеряется сотнями метров.
И возникает главный вопрос.
Если Советский Союз в 1941–1945 годах, несмотря на катастрофы начала войны, смог за четыре года пройти путь от отступления до Берлина, то почему Украина, получившая беспрецедентную международную поддержку, спустя четыре года не смогла даже вернуть все территории 2022 года?
Запад выделил Украине десятки миллиардов долларов.
Военная помощь включала:
— артиллерию,
— системы ПВО,
— бронетехнику,
— ракеты дальнего действия,
— разведывательную информацию.
Ни одно государство после Второй мировой не получало такого уровня поддержки, не вступая в официальный союз вроде НАТО.
И здесь появляется тема, которую сначала обсуждали шёпотом, затем — в украинских СМИ, а теперь уже и на Западе: коррупция во время войны. Об колоссальных цифрах “растаскивания” бюджетных денег уже невозможно молчать, а материалы следствия НАБУ тому доказательства.
По данным Национального антикоррупционного бюро Украины (НАБУ), с начала конфликта, и на начало 2025 года, подозрения в коррупции получили 41 действующий или бывший депутат. Всего же за восемь лет работы антикоррупционных органов — 68 депутатов.
Сам президент Владимир Зеленский в феврале 2025 года признал:
масштабы коррупции в ключевых финансовых ведомствах измеряются миллиардами гривен. Но не стоит забывать что именно партия Владимира Зеленского имеет большинство в парламенте, а именно 230 народных депутатов. Изначально партия получила монобольшинство (254 депутата).
Госбюро расследований сообщило, что только за 2025 год в суды направлено более 6,5 тысячи дел о коррупции.
Среди обвиняемых:
— члены Кабмина,
— депутаты Верховной рады,
— 21 судья,
— почти 1200 правоохранителей.
Отдельное расследование касалось закупок для армии: при приобретении беспилотников сотрудники госструктур присвоили по разным оценкам свыше 200 миллионов долларов, а схема была связана с распределением около 300 млрд гривен, выделенных на нужды фронта.
Даже в США звучат тревожные заявления.
Бывший офицер ВМС США Джеймс Дюрсо писал, что украинские чиновники должны понести ответственность за нецелевое использование американской военной помощи.
В 2025 году Украина заняла 104-е место из 182 в индексе восприятия коррупции Transparency International.
И на этом фоне возникает вопрос, который становится ключевым для всей войны. Россия не смогла провести блицкриг. Украина и украинские воины смогли выстоять. Но могла ли Украина не просто удержаться — а победить на поле боя, если бы все выделенные средства доходили по назначению?
Деньги войны. Почему фронт стоит на месте
Любая современная война — это уже не только пехота и танки — это экономика.
Во Второй мировой Германия проиграла не только на фронте — она проиграла промышленно. СССР смог наладить массовое производство: десятки тысяч танков Т-34, сотни тысяч артиллерийских орудий, миллионы снарядов. И конечно не стоит забывать про «лендлиз» — колоссальная военная и гуманитарная помощь направленная из США для поддержания СССР. Победу обеспечил не один героизм солдат, а поток ресурсов.
В войне в Украине ситуация выглядит парадоксально. Украина сама производит ограниченное количество вооружений, но получила то, чего не имел даже СССР в 1941 году — внешнее снабжение от всех стран Запада.
С 2022 года Запад (США и страны европы) финансируют:
— бюджет страны,
— зарплаты чиновников,
— социальные выплаты,
— финансовое обеспечение нужд армии,
— и одновременно — вооружение армии начиная с патронов на автоматы заканчивая дальнобойным орудиями, ракетами и танками.
Фактически государство Украина воюет и защищает свои территории во многом за счёт внешних средств стран союзников. Украинское правительство составляя бюджет страны на 2026 год ориентируется и закладывает около 50% иностранных инвестиций, потенциальных/прогнозируемых вложений. И именно здесь начинается самая болезненная тема.
Коррупция во время войны
Полномасштабная война не остановила коррупционные скандалы — напротив, именно военное время резко увеличило финансовые потоки, государственные закупки без тендеров и объёмы внешней помощи. А вместе с ними — и число махинаций и расследований.
По данным украинских антикоррупционных органов, с начала войны подозрения в коррупции получили десятки действующих и бывших депутатов, а в суды были направлены тысячи дел. В этих расследованиях фигурировали чиновники практически всех уровней — от военкоматов до высших судебных органов.
Ниже — краткое досье наиболее резонансных историй. Давайте коротко вспомним и соберем архив самых громких дел за период войны.
Военные закупки и Министерство обороны
Алексей Резников — министр обороны Украины до 2023 года.
Скандал разгорелся после публикаций о закупках продовольствия для армии по ценам значительно выше рыночных (история с так называемыми «яйцами по 17 гривен»). После общественного резонанса последовали проверки и кадровые решения, министр был отправлен в отставку. Уголовные производства касались не лично министра, а системы закупок министерства и поставщиков, однако именно этот эпизод стал крупнейшим коррупционным скандалом военного времени.
Дроны, связь и хищения на обороне
По материалам антикоррупционных органов, сотрудники Государственной службы специальной связи подозревались в присвоении средств при закупке беспилотников.
Речь шла о распределении порядка 30 млрд гривен, выделенных на обеспечение армии, при этом следствие сообщало о хищении миллионов долларов через фирмы-прокладки.
Это был один из первых случаев, когда расследования напрямую затронули снабжение фронта.
Военкоматы и мобилизация
Евгений Борисов — бывший одесский военком.
Журналисты обнаружили у его семьи элитную недвижимость и автомобили за рубежом во время активной мобилизации. После резонанса последовали уголовные производства и массовые проверки военкоматов по всей стране.
Верховный суд и судьи в Украине
Всеволод Князев — председатель Верховного суда Украины. Был задержан антикоррупционными органами по подозрению в получении взятки (речь шла о сумме около 2,7 млн долларов по данным следствия). Это стало крупнейшим коррупционным делом в судебной системе за годы независимости страны. Интересный факт, Всеволод Князев стал председателем Верховного суда не указом президента и не решением парламента — его избрали сами судьи Верховного суда. 22 октября 2021 года на пленуме суда он был выбран тайным голосованием: за него проголосовали 98 судей-коллег.
В рамках коррупционных дел, расследованных и переданных в суд в период войны, среди обвиняемых числится 21 судья.
Верховная рада, депутаты
В расследованиях и подозрениях в разные периоды войны фигурировали депутаты, включая:
Александр Дубинский (фракция «Слуга народа») — уголовные производства и санкционные ограничения, проверялись финансовые операции, активы и происхождение средств..
Андрей Одарченко (фракция «Слуга народа») — дело о попытке подкупа антикоррупционного органа, он предлагал взятки в криптовалюте Bitcoin.
Андрей Одарченко — (фракция «Слуга народа»). Подозрение НАБУ — попытка предоставления неправомерной выгоды руководству антикоррупционного органа.
Александр Трухин («Слуга народа») —скандал возник после ДТП. По данным расследований журналистов и материалов следствия, депутат предлагал сотрудникам полиции деньги, чтобы покинуть место происшествия без оформления.
Нестор Шуфрич (ОПЗЖ) — основные дела касались государственной безопасности, но параллельно проверялись активы, финансирование и имущественные операции, связанные с возможными экономическими нарушениями.
Ярослав Дубневич (группа «За будущее») — схемы при закупках для «Укрзализныци»: поставка деталей по завышенным ценам через подконтрольные структуры. Речь идет о многомиллионных убытках государству.
Виктор Медведчук (ОПЗЖ, лишён мандата в 2022 году) — государственная измена, но также расследовались экономические схемы: энергетические поставки, контроль над нефтепродуктовыми потоками и активами.
Сергей Кузьминых («Слуга народа») —
получение неправомерной выгоды за содействие в победе конкретных компаний в медицинских закупках (оборудование для больниц).
Анатолий Гунько («Слуга народа») —
задержан НАБУ по подозрению в получении взятки за передачу государственных сельскохозяйственных земель в аренду.
Юлия Тимошенко («Батькивщина»)
— предложение неправомерной выгоды народным депутатам за голосования в Верховной раде. По версии следствия, речь идет о схеме «покупки голосов» — парламентариям предлагались деньги и регулярное вознаграждение за поддержку нужных решений или отказ от участия в голосовании.
По данным НАБУ, с начала военного конфликта подозрения в коррупции получили 41 депутат.
Офис президента, и высшие чиновники
Алексей Чернышов — вице-премьер, ранее бывший министр развития общин и территорий, позднее руководитель «Нафтогаза», кум Зеленского. Обвинения в хищении средств в:
— распределение строительных подрядов,
— восстановительных фондов,
— работы государственных предприятий,
— в энергетическом секторе, фигурировал в материалах расследования «Мидас».
Тимур Миндич — предприниматель, которого журналисты связывали с деловыми контактами внутри окружения президента Зеленского, фигурировал в публикациях СМИ как человек, имеющий влияние на отдельные государственные решения и назначения, а также хищение средств в огромных размерах.
Кирилл Тимошенко — заместитель главы Офиса президента (вопросы к расходам и доходам во время войны).
Герман Галущенко — министр энергетики (2021–2025). Подозрение НАБУ и САП — участие в преступной организации, отмывание средств и получение «откатов» в энергетическом секторе. Дело связано со схемой в госкомпании «Энергоатом».
Светлана Гринчук — министр энергетики (после Галущенко, 2025). Фигурировала в том же энергетическом коррупционном расследовании («операция Мидас»), связанное с «Энергоатомом»
Алексей Симоненко — заместитель генерального прокурора (отставка после общественного резонанса).
Ряд заместителей министров инфраструктуры и обороны покинули должности после проверок закупок.
Андрей Ермак — глава Офиса президента Зеленского. Вокруг него за годы войны возникало несколько информационных скандалов:
— история с переговорами и контактами 2020–2022 годов;
— дело, связанное с деятельностью его брата (так называемые «плёнки Ермака»);
— обвинения оппозиционных депутатов в кадровом влиянии и неформальном управлении государственными решениями и незаконном обогащении.
Возможно, вы обратили внимание, что значительная часть перечисленных лиц относится к представителям партии президента Владимира Зеленского, сотрудникам Офиса президента, министрам, назначенным правящей политической силой партией Зеленского «Слуга народа» , а также чиновникам, назначенным или рекомендованным на должности самим президентом Зеленским.
Дополнительно (массовые эпизоды)
Антикоррупционные органы также расследовали:
• незаконные компенсации за аренду жилья депутатами, имеющими собственную недвижимость в Киеве;
• использование депутатских фондов и субвенций;
• лоббирование государственных контрактов и тендеров.
Гуманитарная помощь
В нескольких регионах правоохранители расследовали продажу автомобилей и товаров, переданных как гуманитарная помощь армии. Фигурантами дел становились местные чиновники, волонтёрские структуры и сотрудники складов.
Помимо уголовных дел, в годы войны возникла отдельная категория историй — скандалы, по которым не всегда существовали процессуальные подозрения, но которые активно обсуждались в украинских СМИ, парламенте и зарубежной прессе. Они касались уже не отдельных чиновников, а ближайшего окружения украинской власти.
Главный вопрос войны
К 2026 году линия фронта остаётся в целом стабилизированной, с минимальными изменениями. Россия не смогла захватить Украину — и это прежде всего заслуга украинских солдат и офицеров, которые в первые месяцы вторжения остановили наступление, а так же защищают Украину ценой огромных потерь 4 года подряд, и многие из них уже отдали свои жизни. Но Украина также не смогла полностью вытеснить российскую армию со своей территории.
Достигнутый результат стал следствием самоотверженности украинской армии, тогда как эффективность работы государственных институтов и управления ресурсами военного времени вызывает огромные сомнения, если сказать политкорректно.
Военные аналитики обычно объясняют это балансом сил. Однако экономика говорит о другом: Украина получила огромные ресурсы.
И поэтому появляется вопрос, который всё чаще звучит в украинском обществе: если бы деньги, направленные на оборону, полностью доходили до армии —
изменился бы ход войны?
Возможно, вместо позиционного тупика мы увидели бы прорывы. Возможно, линия фронта двигалась бы не на сотни метров, а на десятки километров.
История XX века показывает: войны выигрывают не только солдаты, но и система управления государством.
И потому главный вывод, который постепенно формируется в общественной дискуссии:
Украина, воюет не только с внешним противником на поле боя. Она одновременно ведёт войну с внутренней болезнью — коррупцией властей.
И если бы ресурсы, предоставленные стране, использовались максимально эффективно, а не оседали в карманах действующей власти, не исключено, что к четвёртой годовщине вторжения вопрос стоял бы уже не о затяжной войне — а о завершённой победе Украины!
Автор: Василий Кручковский 02/24/2026
